Забытый легион

Иначе гадание по печени, скорее всего, было бы неблагоприятным.

– Что еще ты видишь?

– Сильные волнообразные движения кишечника. Это тоже добрый знак.

Тарквиний следил за пульсировавшим тонким кишечником, тщетно старавшимся сохранить жизнь.

– Что еще?

Гаруспик наклонился ниже.

– Больше ничего. Когда я был мальчиком, кое-кто из стариков утверждал, что может гадать по тонкому кишечнику и четырем желудкам. Это шарлатанство, и ничего больше.

Олиний погрузил во внутренности животного обе ладони, с помощью ножа отделил печень от диафрагмы и несколькими быстрыми движениями перерезал связки, удерживавшие орган на месте.

Потом вынул печень окровавленными по локоть руками и положил ее на левую ладонь.

– О великий Тиния! Дай нам добрые предзнаменования о будущем этого аруна. – Он поднял глаза к небу, отыскивая сопровождавшего их орла.

– Что ты делаешь? – спросил Тарквиний.

– Читаю по печени твою жизнь, малыш, – хихикнул Олиний. – Разве есть лучший способ завершить твое обучение?

Тарквиний затаил дыхание, не веря своим ушам.

А затем до него начало что-то доходить. Не зря же он столько лет учился. В конце концов, речь шла о его собственном будущем!

– Бо?льшая часть того, что можно прочесть, находится на внутренней стороне. Вот это собачья звезда Сириус. А это Большая Медведица.

Тарквиний смотрел на указанные точки, и его книжное знание начинало обретать реальный смысл. Гаруспик подробно рассказывал о том, что означали цвет, форма и плотность поблескивавшего органа.

К удивлению Тарквиния, Олиний упомянул о таких эпизодах его детства, о которых просто не мог знать. Старик перечислял множество событий его жизни, часто останавливаясь, чтобы дать ученику возможность переварить услышанное.

– Желчный пузырь. – Он потрогал мешочек в форме слезы, торчавший из середины печени. – Говорит о сокрытом. Иногда послание удается прочесть, иногда нет.

Тарквиний прикоснулся к мешочку с теплой жидкостью.

– И много тебе удалось прочесть? – Это было самой трудной частью предсказания; он много раз практиковался на печенях, но с этой частью ему ни разу не удалось справиться.

Олиний долго молчал.

Тарквиний с колотящимся сердцем следил за выражением лица гаруспика. Что-то там было… Он это чувствовал.

– Я вижу, как ты вступаешь в войско и уходишь с ним в Малую Азию. Вижу множество битв.

– Когда?

– Скоро.

Тарквиний знал, что на востоке Малой Азии уже много лет почти непрерывно продолжались войны и восстания.