Забытый легион

Там можно изловить множество зверей для игр на арене.

Ромул явственно чувствовал заинтересованность Гемелла и пригнулся пониже, чтобы не пропустить ни слова. Работа бестиариев, звероловов, была крайне опасна и казалась мальчику очень привлекательной.

– Львы, леопарды, слоны, – бойко перечислял письмоводитель, – антилопы и немыслимые звери с длинными ногами и шеями. Бестиарии клянутся, что могут изловить даже огромное броненосное чудовище со смертоносным рогом на носу.

– И что, Менес предлагает вложить туда деньги?

Сервилий деликатно кашлянул:

– Господин, он сам намерен финансировать экспедицию на две трети.

– Каждый зверь пойдет на вес золота! – воскликнул Гемелл после недолгого молчания. Поставка диких животных для гладиаторских боев быстро превратилась в один из самых доходных видов торговли, какие знал Рим.

– Я подумал, господин, что это может представлять для тебя интерес.

– Сколько еще денег нужно Гиеро?

– Одна треть, – сказал Сервилий, набрав перед этим полную грудь воздуха, – должна составить сто двадцать тысяч сестерциев.

Ромул даже рот открыл. Такой кучи денег он и представить себе не мог.

– Клянусь грудями Фортуны! – сердито воскликнул Гемелл. – Где же я сейчас раздобуду такой кредит? Я и так уже по уши в долгах.

– А если у Красса, господин?

Напуганный прозвучавшим именем и ошарашенный хозяйскими проблемами, Ромул вздрогнул. Он и понятия не имел, что у купца трудности с деньгами. И тут же он услышал чьи-то шаги в коридоре, возможно, это был кухонный раб с холодным питьем для хозяина.

Когда Гемелл увидел, кто пришел, его лицо помрачнело еще сильнее. Сервилий поспешно уткнулся в свой гроссбух, громадный том, куда в подробностях записывались все финансовые операции купца.

– Почему так долго? – рявкнул Гемелл, взглянув на солнечные часы.

Не решившись ответить, Ромул протянул хозяину пергамен.

Гемелл молча вгляделся в написанное. Тишину нарушало лишь поскрипывание стилоса письмоводителя.

Ромул ждал, понимая, что его все равно изобьют, что бы там ни написал Красс.

Гемелл закрыл глаза, скомкал письмо и швырнул его на пол. Красс соглашался дать ему новый кредит, но требовал за это совсем уж грабительские проценты. А Гемеллу совсем не улыбалось влезать в новое ярмо.