Забытый легион

– Потри-ка еще!

Унктор еще раз сбрызнул ароматическим маслом широкую спину галла и принялся умело разминать мышцы.

Бренн голышом лежал на большом деревянном столе и наслаждался массажем. Мемор заботился о своих лучших гладиаторах и позволял им такое, о чем другие могли только мечтать. После того как унктор закончит работу, галл намеревался долго лежать в бассейне, а потом поесть вкусной еды, приготовленной Асторией, его женщиной.

– Ты сегодня слишком быстро убил мирмиллона. Я готовил эти проклятые игры несколько месяцев.

Открыв глаза, Бренн увидел Мемора, неслышно вошедшего в комнату.

– Публике это, похоже, понравилось, – небрежно возразил он.

– Публика непостоянна, – отрезал ланиста. – Сколько раз тебе повторять, что бой должен тянуться как можно дольше?

Привычка галла стремительно расправляться со своими противниками уже не первый год раздражала Мемора. Однако, невзирая даже на эту необычную черту бойца, публика любила Бренна, а ланиста из-за этого злился еще сильнее.

Унктор нащупал затвердение на плече Бренна.

Галл громко хмыкнул. Он совершенно не хотел причинять людям излишние страдания, и Мемор знал это.

– Слушай, что тебе говорят!

Галл вновь закрыл глаза:

– Я слышу тебя.

Мемор даже покраснел от такого неуважения.

– Ты все еще мой раб! – Он хлопнул ладонью по клейму, выжженному на левой икре Бренна. – Не забывай об этом!

Бренн скосил на него глаза:

– В следующий раз я буду убивать медленно. Доволен?

Смущенный унктор остановился.

– Разве я сказал прекратить?

Тот поспешно взялся за массаж.

– Ты только не забудь, что сейчас сказал. – Мемор вовсе не желал сурово наказывать самого сильного и умелого из своих бойцов. Слишком уж большие доходы приносил ему галл. Но долгие годы командования толпами гладиаторов сделали нрав ланисты беспощадным, как клинок. – И с твоей девкой не случится ничего плохого, – добавил он, как будто невзначай.

Унктор ахнул от испуга, когда Бренн вскочил со стола, опрокинув бутыль с маслом.

Черепки разлетелись по полу. Наступая на острые осколки, великан, стиснув кулаки, как был, голый, метнулся к Мемору. Пять лет назад он оказался лишен возможности защитить свою жену. Но повториться такое больше не могло.

Ланиста поспешно отступил на несколько шагов.

– Послушай, ты, римское дерьмо. – Бренн приблизился к хозяину почти вплотную. – Тронь хотя бы волос на голове Астории, и я заставлю тебя сожрать собственные яйца. А потом вырежу твое сердце.