Серебряный орел

Несколько воинов стояли на страже по краям площадки, шагах в тридцати от костра, а остальные сгрудились возле огня и переговаривались между собой, почти не оглядываясь на чужаков, какими оставались для них Ромул и Бренн.

Два друга между тем расхаживали поодаль и кутались в плащи, пытаясь справиться с холодом.

Они понимали, что их усилия тщетны, но все же не испытывали ни малейшего желания присоединиться к парфянам, которые относились к ним в лучшем случае свысока. Бренн глубоко погрузился в раздумья о будущем, а Ромул продолжал разглядывать шакала, не теряя надежды понять, почему животное так себя ведет.

Тщетно. В конце концов шакал поднялся, неторопливо встряхнулся и потрусил на юг, почти сразу скрывшись из виду.

Позднее Ромул со страхом и благоговением вспоминал о том, как разворачивались события.

– Всевышние боги! – пробормотал Бренн, стуча зубами. – Хорошо бы, Тарквиний поскорее вышел оттуда. Иначе нам все же придется идти к этим гадам, чтобы погреться у огня.

– Долго он там не задержится, – уверенно отозвался Ромул.

 – Пакор уже с трудом терпит его.

Все в Забытом легионе знали, что, когда их командующий на кого-то гневался, провинившегося непременно казнили.

– Да, раздражение из поганца так и перло, – согласился Бренн, в сотый раз пересчитывая парфян. Нет, все же их слишком много, решил он. – А потом, наверное, прикажет прикончить и нас. Жалко, что шакал не захотел помогать нам и удрал.

Ромул собрался было ответить, но тут его взгляд случайно упал на двух часовых, которые находились дальше всех.

Рядом с ними вдруг, словно привидения, показались темные человеческие фигуры. Сверкнули длинные ножи. Не веря своим глазам, он наблюдал за происходившим, но, когда открыл рот, чтобы крикнуть и предупредить, было уже поздно. Парфяне повалились навзничь; из перерезанных шей беззвучно текла темная кровь.

Никто из их товарищей даже не заметил случившегося.

– К оружию! – взревел Ромул. – На нас напали! С востока!

Встревожившись, воины повскакали на ноги, похватали оружие и растерянно уставились в темноту.

А оттуда донеслись многоголосые душераздирающие крики.

Бренн мгновенно подскочил к Ромулу.

– Подожди, – сказал он. – Не двигайся.

Ромул сразу понял, в чем дело.

– Их освещает огонь.

– Глупцы, – пробормотал Бренн.

И тут полетели первые стрелы. Выпущенные из кромешной тьмы, окружавшей освещенную костром площадку, они посыпались смертоносным дождем.