Человек заката

– Нет ничего невозможного, – говорит старик.

– Ничего-ничего? – допытывается Чаго.

Старик утвердительно кивает. Малыш стихает, обдумывает что-то. Ночь плотней обступает догорающий костер. Работники постепенно встают и уходят друг за другом в барак на ночевку.

– Не морочь мальчишке голову, – говорит старший, – он сам спать не будет и другим не даст.

Старик молчит, будто и не слышит вовсе.

– Говори, говори! – шепчет малыш. – Ты ведь не все рассказал, ведь так?

– Слишком долго слушать опасно, – возражает старик, поднимаясь.

Он напился и наелся до отвала и мечтает бросить свои старые кости на тощий тюфяк, сулящий благодатный отдых.

– Почему? – не понимает малыш.

– Поздно уже, – устало откликается старик, уходя.

Чаго остается один. Он взволнован, долго думает об услышанном. В ночи он похож на мелкого хищного зверька, стерегущего добычу: поджав ноги и обхватив руками колени, он вытягивает шею, щеки горят румянцем, а глазенки сверкают, как угольки костра.

Мир кажется необъятным, прекрасным, неведомым.

Взгляд Чаго бывает частенько прикован к горизонту, и тысячи вопросов вертятся на языке. Но взрослым не нравится, когда он пристает к ним с расспросами. Чаго растет среди рабочего люда, бедноты. Тяжелый труд не располагает к многословности. «Сделай то», «сделай это», «иди отсюда» – почти все, что он слышит. А после работы все едят торопливо и разбредаются на ночлег. Редко, когда случается ему слышать разговоры иные, кроме ругани, жалоб на жизнь и пьяной ахинеи. Чаго не угнетает такое общество, поскольку иного он не знает и довольствуется мечтами. Со временем одних мечтаний становится мало.

Этой ночью Чаго стонет и мечется по тощему матрацу, набитому соломой, пылью и клопами. Ему грезятся диковинные сны. Безмолвие изредка нарушают голоса леса. Охранники по периметру светят огоньками сигарет. Горят узкие окошки самодельной лаборатории. Под дулами автоматов работники ночной смены трудятся, превращая собранные днем листья в белый порошок.

Глава 3. Колдун и Бывалый

Забыв об ограничении скорости, вздымая фонтаны брызг, Ник мчится по городу мимо патрульной машины ДПС.

– А!.. – едва успевает отреагировать один из патрульных полицейских.

– Расслабься, – второй устало потягивается, расправляя затекшую спину. Что может быть хуже утра после дежурства? А впереди ждет выволочка у шефа на планерке.

– Кто это был? – удивленно интересуется стажер и провожает мотоцикл взглядом.