Йомсвикинг

Когда наконечник вышел наружу, он выплюнул свой пояс и, покосившись на стрелу, стал мне объяснять, что я должен срезать оперение, но ломать стрелу не надо, я должен вытащить ее целиком. Если на то будет воля Одина, он однажды пустит эту стрелу в своих врагов. Так что я ухватил стрелу сразу за наконечником и медленным уверенным движением протащил древко сквозь его руку.

Весь остаток вечера Хальвар просидел с закрытыми глазами. Не знаю, спал ли он или просто отдыхал. В одной руке он держал стрелу, в другой – свой кошелек, иногда его ноги подергивались.

Мы с Фенриром укрылись от ветра за лодкой, и я не спускал глаз с чужака. Хальвар сам стащил с себя рубаху, отрезал от ткани несколько полос и перевязал свои раны. Теперь он сидел, полуголый, покрытый шрамами, а над нами сгущалась ночная тьма.

Какое-то время я раздумывал, не стоит ли оставить его и уплыть, но потом отбросил эти мысли. Не только потому, что бросать раненого было бы подлым поступком, я боялся, что он успеет накинуться на меня. Теперь он вооружен, он вполне может убить меня этой стрелой.

Хотя этот человек таков, что сумеет прикончить любого и безо всякого оружия.

Когда он поднялся, было уже совсем темно. Я его не видел в кромешной тьме, ведь небо было затянуто тучами. Но я услышал шорох его шагов по песку. А потом журчание струи в воде.

– Я из Йомсборга, – произнес он внезапно. – Ты о нем слышал, Йостейн?

Он назвал меня неправильно, но я ничего не сказал на это. Он был не тем человеком, с которым легко разговаривать, скорее, из тех, которым привычнее говорить самим.

Как и все в то время, я слышал много историй о йомсвикингах, плавающих повсюду и сражавшихся в чужих краях. Я знал, что они живут в Вендланде, в неприступной крепости, окружающей гавань с тремя сотнями боевых кораблей. Слыхал я и то, что их вождь, по слухам, бессмертен, а отец его – сам Один. Имени вождя я не помнил. Возможно, потому, что я никогда по-настоящему не верил, что истории о яростных йомсвикингах – это что-то большее, чем легенды и сказки.

– Я ищу своих братьев, – прозвучал голос Хальвара.

 – Их взяли в плен после… некоторых разногласий.

Я вновь услышал шорох шагов. Хальвар уселся.

Ветер крепчал. Я встал и достал одну из своих шкур. У меня было две, вторую я отнес к Хальвару. Тот поблагодарил меня, когда я укрыл его шкурой.

– Ты хороший парень, – добавил он. – Хотя мне, пожалуй, лучше звать тебя мужчиной. Ты плывешь на собственной лодке, да и пес у тебя есть. Сколько тебе лет?

– Четырнадцать.