Оффенбахер

Однако Михаил Степанович согласился освободить комнату от всего, даже от себя, но ни в коем случае не разрешил двигать с места чертов «Offenbacher»! Аргумент железобетонный: антикварное пианино – самое ценное, что он нажил за всю свою трудовую жизнь. Посему беречь его надо, как зеницу ока.

Парадокс заключался в том, что только один Михаил Степанович до сих пор свято верил, что пианино представляет собой уникальный экспонат. Однако для дочери, настройщика и немногих покупателей, которых тайком удалось приводить на просмотр, фортепиано представляло из себя лишь дрова с металлом.

Ведь в нём треснула рама. Это такая чугунная «арфа», трещина в которой делала инструмент гарантированным обитателем ближайшей помойки. Причём за вынос пианино, весом около 200 кг нужно ещё и доплатить!

Все попытки сослаться на вердикт настройщиков в неизбежности утилизации инструмента, натыкалось на агрессию. Но чем чаще Михаил Степанович это слышал, тем больше уверялся, что все настройщики – мошенники.

Они хотят сбить цену. Ведь его «Offenbacher» равен по стоимости скрипкам Страдивари. После инсульта эта убеждённость переросла в идею фикс и никакие уговоры жены и дочери хоть как-то передвинуть инструмент, не увенчались успехом. Михаил Степанович считал своим долгом всячески оберегать свой раритет и всё, что в его силах, сделать для его музейной сохранности. В его больном сознании это означало: не передвигать инструмент с места, чтобы обеспечить натянутым на дрова, струнам, идеальный микроклимат.

Прошла неделя с этого разговора. Михаилу Степановичу становилось хуже. Его супруга с больной рукой не могла обрабатывать раны. Пролежни увеличивались прямо на глазах. Лена, в очередной раз навещая отца, попыталась воззвать к остаткам разума. Всё напрасно! В квартире, слово в слово, повторился разговор отца и дочери недельной давности. В итоге, Лену опять выгнали из родительского гнезда, и она возвращалась к себе домой вся в слезах.

– Ленка, привет! Почему зареванная такая? Случилось чего? – знакомый голос вдруг окрикнул её.

– Петя, ты? – удивлённо произнесла она.

– Узнала-таки коллегу! Что стряслось?

– Да с отцом опять разосрались… А ты как здесь оказался?

– Ты же знаешь мою историю? – прищурился Петя.

– Чего-то слышала…– Лена старалась сделать лицо попроще.

– Да ладно, чего скрывать! Отсидел своё. Теперь грузчиком работаю. К вредным привычкам не возвращаюсь.