В мире этом… Стихи

Чистый хрустальный голос

плыл под луной холодной.

Сирой была певица

и потому – свободной.

Тьма приручённой кошкой

следом ползла дворами.

Девушка шла и пела,

словно молилась в храме.

Голос её парящий

в райскую звал обитель.

Ветер притих и замер,

будто ночной грабитель,

но через миг очнулся

и по привычке давней,

пенье хваля, захлопал

ветхой скрипучей ставней.

Голос ночной певицы

реял под облаками —

и со скамеек мусор

вспархивал мотыльками,

стайка деревьев чахлых

сделалась пышным садом,

а кирпича обломки

стали пиратским кладом.

Шарфом прикрыв от ветра

старенькой блузки ворот,

девушка шла и пела

про незнакомый город.

Отстранённость

Не вступая в дискуссию с умным соседом,

я пожму ему руку и дёру задам,

и, конечно, едва ли затею беседу

за бокалом шампанского в обществе дам.

Чтобы не превратиться в жеманного плаксу,

избегая участья в параде планет,

дважды в день поленюсь я выгуливать таксу

и не стану за истиной лезть в Интернет.

Торопливый прохожий в затылок мне дышит

и в карман мой тактично роняет пятак,

но меня, право слово, уже не колышет

философский вопрос: «Что со мною не так?»

В толчее городской, созерцаньем влекомый,

интерес к новостям я утратил давно.

И себе я не друг, а скорее, знакомый,

без которого в зеркале места полно.

Апокриф

Отважный спецназ

штурмует Парнас.

Полковник солдатам

(изрядно поддатым),

тряся автоматом,

чеканит приказ:

«Сломать их заслон,

прорваться на склон

и двигаться строем,

чтоб нашим героям

в заду геморроем

не стал Апполон!

Воюем всерьёз,

крушим без угроз!

Коль встретятся музы —

отставить конфузы:

надеть им рейтузы,

и всех на допрос!»

И храбрый спецназ

попёр на Парнас

в броске неприкрытом,

гремя динамитом,

пока их копытом

не встретил Пегас.

Галдящей гурьбой,

невзрачны собой,

нацелив сонеты

на бронежилеты,

вступили поэты

в решительный бой.

Утрачен покой

был в свалке такой.

Виргилий, шалея

и рук не жалея,

мутузил старлея

бугристой клюкой.

Солидный заслон

воздвиг Аполлон.

Притом Мельпомена

движеньем колена

сержантского члена

сместила наклон.

В смятенье спецназ

покинул Парнас,

смекнув, что поэтам —

смутьянам отпетым,

и музам раздетым

кулак – не указ.

Картинка

Говорю с трудом,

хоть и жив пока.