Постепенное приближение. Хроники четвёртой власти

Поди, и без моих сортиров как-нибудь прорвётесь? Вы же так умеете это делать…

Губы Лизетты слегка разгладились, – кто же не любит лести? – но она всё же пробурчала:

– С твоими этими бесконечными срывами прямо хоть к Тришу иди…

Лариса с облегчением поняла, что по текущему номеру Лизетта от неё отвязалась. Вихрем развернувшись на одной пятке, она покинула секретариат и направилась на третий этаж к начальственным кабинетам. Перед табличкой «Заместитель главного редактора А. Р. Сокольский» убавила прыть, постояла с полминуты, взвешивая, идти, или нет.

Наконец, тряхнув гривой распущенных тёмно-рыжих волос, напористо толкнула дверь:

– Разрешите, Андрей Романович?

– Для тебя, Лорик, мои двери всегда открыты! – поднялся навстречу подтянутый 42-летний атлет в мятеньком пиджачке: Андрей никак не мог научиться носить что-нибудь, кроме спортивной одежды.

Лариса прошла к громаде руководящего рабочего места и уселась у малюсенького приставного столика для посетителей.

– С чем пожаловала? Что новенького в вашем королевстве?

– В нашем королевстве без перемен, жуём друг друга, а Лизетта – всех нас, скопом или по очереди.

– Уж эта наша Лизетта, у неё не забалуешь; я её побаиваюсь, да и сам Триш. Чем сегодня ты ей не угодила?

– Как всегда: мало знаков, квасить у себя в загашнике нечего. Вынь да положь ей сортиры, которые чёрт меня дёрнул заявить. А я не успела…

Романыч хитренько глянул на Ларису. Перед ним сидела совсем молодая женщина, почти девчонка, с горящими от возбуждения глазами цвета настоявшегося мёда.

Модель для портрета шамаханской царицы. Никогда не подумаешь, что ей немногим меньше лет, чем ему. Чертики плясали в этих глазах, норовя брызнуть наружу. Что она там задумала?

– А чем таким было занято в отписной день Ваше Величество? – шутливо поинтересовался он. Лариса огляделась по сторонам, как проверяющийся от хвостов киношный шпион, приподнялась на локтях, чтобы быть ближе к Сокольскому, и зачастила полушёпотом:

– Слушай, Романыч, тут ко мне одна тётка приходила, Кротова.

– Кротова… Кротова…Крота?…

– Ну да, жена того самого Крота, правда, бывшая! Такого про него и про их семейку нарассказала, что я до сих пор обтекаю. Просит, чтобы мы написали, как он их детушек морально разлагает. Материальчик, должна заметить, редкой остроты. Если его как следует подать, да рисунки, да какие-нибудь комментарии… Бомба!

– Подожди-подожди! Прежде комментариев дай глянуть, что там за бомба.