Нескучная проза жизни. Книга 4

Эта игровая закалка приводила нас в школьные спортивные секции, мы с братом научились многому, и бегали и прыгали в разные стороны, в смысле, в высоту и длину, и даже тройным могли, и лыжи, и коньки, и баскетбол любимый. Мой брат был чемпионом области по конькам, в составе сборной области участвовал в соревнованиях на российском уровне, вы понимаете, я говорю про школьные годы. Есть фото , где брат мой Виктор сидит в компании конькобежцев области рядышком с будущей олимпийской чемпионкой по конькам Людмилой Титовой.

Я тоже был чемпионом области по баскетболу и прыжкам в высоту. Причем в высоту я прыгал вполне дедовским способом, «козликом», или перешагиванием. Прыгнул тогда на первенстве области аж на 170 сантиметров, хотя личный результат 175 см. имел, занял третье место, вот, думаю, герой своего времени, козликом до бронзы доскакал. Каково же было моё удивление, когда объявили меня чемпионом , оказалось, двое, которые выше меня перемахнули, выступали в личном зачете. Включили меня в сборную области, и должен я был ехать в Воронеж на Российские школьные соревнования. Хорошо, мама не отпустила, было это в выпускном классе, очень ей хотелось на выпускном вечере побывать. Да и я и сам понимал, что с козликом моим далеко не запрыгну, есть ли смысл ехать в Воронеж. Для очистки совести попробовал освоить современный способ, «перекидной», с которым Брумель стал олимпийским чемпионом. Но за столь короткое время не сильно продвинулся, вот и отказался благородно. Наверное, и правильно сделал, выпускной ни мне, ни маме пропускать не хотелось. Я даже в тот вечер, когда выпускной был, познакомился в парке с одной «сероглазкой», ё-моё. Это потом именно с ней меня мама застукала в самый неподходящий момент, и уже наутро я получил предписание немедленно сматываться в Новосибирск, для поступления в ВУЗ. От греха подальше, так наверное, мама решила. Тут уже, слава богу, жизнь настоящая началась. В смысле, самостоятельная, свобода брат, нет маминого жесткого контроля. Не скажу, конечно, что в разгул пустились мы со Славкой, какое там, однако жизненные университеты постигали без родительских нравоучений. Надо, думаю, более подробно останавиться на самом лучшем периоде жизни моей, поскольку период этот и в самом деле был самым лучшим. Общежитие, комната на шесть человек, в первые годы, на старших курсах комнатенка на троих, учеба, спорт, и конечно, прекрасные девушки, преподававшие нам жизнь, как она есть. Ох, уж это время золотое.