Глаза души. Сборник духовно-философской прозы

Многие из них, в том числе молодёжь, устремились к храму.

«Пока в сердцах жива вера, у России есть будущее», – подумал Демьян. Он стоял в тени раскидистого орешника, и, устремив взгляд на сверкающие купола, медленно осенял себя крестным знамением. С его губ беззвучно слетали слова молитвы, а душа наполнялась неповторимой лёгкостью и благодатью.

Ему очень хотелось войти внутрь храма и хоть немного поприсутствовать на воскресном богослужении, послушать знакомое с детства пение церковного хора, поставить свечки за родных и близких, приложиться к иконам.

Но Демьян не решился это сделать. Он боялся, что своим появлением посеет смуту среди прихожан, породит глупые и никому ненужные пересуды, отвлекающие от светлой и благодатной молитвы.

Из-за угла появились двое мужчин лет сорока – сорока пяти. Неряшливо одетые, с заметно уставшими лицами, они также спешили к храму. Один из них, увлечённо что-то рассказывая своему спутнику, энергично размахивал руками. Второй, молча слушая, изредка кивал головой.

От этого движения его вихрастый чуб всякий раз спадал на глаза, и мужчине приходилось вновь зачёсывать его то на левый, то на правый бок.

Заметив Демьяна, рассказчик оборвал себя на полуслове. Они оба окинули «чужака» изучающими взглядами и, не останавливаясь, прошли мимо.

– Думаешь, беглый каторжник? – спросил чубатый.

– Вряд ли, – на миг задумавшись, отозвался его приятель. – Говорят, Сашка, сын бабы Марфы, его хорошо знает. А если так, то и этот из какого-нибудь спецназа.

– Но зачем ему скрываться?

– Да мало ли.

У них там свои тёрки, в которые простым смертным лучше не влезать… Оно спокойней будет.

Оба мужчины скрылись внутри храма. Проводив их взглядом, Демьян ещё немного постоял, читая про себя молитву, затем трижды медленно перекрестился и нехотя побрёл прочь.

14

На протяжении нескольких часов Демьян бесцельно бродил по окрестностям. Он и сам не знал, что ищет. Просто не сиделось на месте. На душе тревога не ощущалась, а вот ногам покоя небыло.

Уходя далеко в поля, он брёл, не разбирая дороги, по пояс в траве, затем вновь возвращался в посёлок, шатаясь по пыльным улицам.

К полудню стало невыносимо жарко. Демьян давно уже снял мастерку, нося её то на одном, то на другом плече; теперь же хотелось стянуть с себя не только лёгкую футболку-безрукавку, но и кожу заодно. Пот градом лил с мокрого лба. Во рту всё пересохло, очень хотелось пить. Демьян посматривал по сторонам, надеясь увидеть колонку.