По тропам нежности

) – Дом Бога],

Мой взгляд под купол жадно устремлялся,

Где совершенство форм и власть идеи.

Больше всего к себе притягивал орган,

Украшенный резьбой декоративной

Руками мастера, Якоба Рааба,

Венец слияния старинных стилей.

Запел орган под сводами собора,

Окутал всё, заполнил душу, землю, мир.

Лился с небес поток невидимого хора,

Максом Регаром созданный клавир.

И всё, что было в буднях моей жизни,

Исчезло, растворилось, отошло.

И мрак исчез, родив другие мысли.

Была лишь музыка. И Благовест. Солнце взошло.

Хоть и концерт, но здесь не рукоплещут.

Здесь люди плачут, каждый о своём.

И души, растворяясь в музыке, трепещут,

Здесь каждый болью нежности сражён.

Мне не забыть, как рокотал орган

В величье светлом Домского собора.

И как старушку под руки врачи

Из зала вывели к стоявшей рядом «скорой».

Познав могущество великой красоты,

Я перед ней смиренно голову склоняю.

Разум, создавший чудо чистоты

И веры в жизнь, с восторгом воспеваю.

Зал полон ожидания…

Зал полон ожидания. Молчит

Рояль на сцене, ждёт в оцепененьи.

Момент, – и музыкант ошеломит,

Вдохнув всю страсть в любимое творенье.

Душа ждёт сладостного плена. Вот

Поклон… Взмах рук, и забурлила пена.

Артист нить музыкальную прядёт,

Плывёт над головами вальс Шопена.

Минута… вздох… И изменился ритм,

И пальцы, как пуанты, побежали.

Перед глазами лес. Слепит софит

Участников волшебных вакханалий.

Бог музыки околдовал весь зал,

И кое-кто с волненьем мнёт платочек.

Мужская неподкупная слеза

Ползёт предательски, сорваться хочет.

Заполнен мир величьем красоты.

И в лунном свете, вырвавшись из плена,

Душа парит на крыльях у мечты.

Зал рукоплещет музыке Шопена.

Брести сквозь заросли всей жизни…

Брести сквозь заросли всей жизни,

Не чуя под ногой тропинок,

И кланяясь лишь укоризне

За сонм истоптанных ботинок.

Терпеть царапины и боли

Колючих веток поцелуя,

Ждать удушающей неволи

От шёпота, – тебя люблю я.

Событий воз тащить с собою,

Самой себя лишив там места.

Венчать услужливой хвалою

Людей, что из другого теста.

И наконец, совсем седою,

Найти приют вдруг в этом мире,

И неуверенной рукою

Создать твой образ на порфире.