Лоховские истории. Записки таксиста

Старшой опять ко мне:

– Где сейчас чеченские бизнесмены находятся? Где храните документацию?

Тем временем молодой обшарил весь компьютер и кивнул начальнику: пустой. А сам, между тем, не спешит компьютер припарковывать. Видно, «документация» его заинтересовала. К этому времени налоговик, оценив антураж нашей квартиры, начал догадываться, что не только здесь разыскиваемых мошенников нет, но вообще ее обитатели имеют отдаленное отношение к фальшивым авизо, неучтенным бензоколонкам, растворившемуся в воздухе составу с паленой водкой и прочим шалостям угнетенных народов востока.

Старшой все понял – опять пролет! Сел со мной протокол писать. Попросил объяснить: как это я, живя в «хрущобе», являюсь президентом нефтяной компании, председателем совета директоров скандально известного инвестиционного фонда и учредителем нескольких десятков фирм, которые, кстати, не платят налоги? Я что – подпольный миллионер? Так сейчас не надо скрывать миллионы, надо делиться. Ведь по ящику Лившиц ясно сказал: надо делиться, Виктор.

Стал, как у них это принято, запугивать: ты – учредитель, за все ответишь. Нанесен ущерб государству. Ты не мальчик, знал, на что шел, когда бумаги подписывал. Не может быть, чтобы ты чистый был. Я жулья на своем веку достаточно повидал. Ты – не из последних. А свою невиновность в суде будешь доказывать. Знаешь, что это такое – наши суды? Последнее отдашь. И что это у тебя в компьютере? Ты что – извращенец? По статье хочешь пойти? Таких на зоне не уважают. Так что сдавай компаньонов, дружков-приятелей.

– Так фирмы же все перерегистрированы на новых хозяев. Я там уже никто!

– И в налоговой инспекции, и в банке – везде фигурирует ваша фамилия, на платежных документах – ваша подпись.

– Да я в жизни никогда не подписывал ни одного платежного документа! – заорал я, – я что – враг себе?

– Следствие покажет.

Пробыли они у нас три часа. Выписали повестку в контору. Предложили в дальнейшем «ничего не утаивать и вспомнить»: кому, при каких обстоятельствах продавал фирмы, назвать адреса, фамилии, реквизиты – «помочь следствию».

Так кончилась моя халявная жизнь. Находился я к операм по самое не балуйся, часами протоколы писал. Вопросы в лоб задавали, усыпляли внимание, грозили, жалели, запутывали, писали протоколы. По пяти фирмам. Еще хорошо, не все проворовались. Но следак сказал, что у меня еще все впереди. Порядком ты на себя, парень, фирм навешал.

Пожили мы с Нинкой за «чужой» счет.