Медовые перчинки

А сейчас будем срочно возвращаться, – потребовал Протей.

– Подожди минутку, я только возьму себе что-нибудь на память, – взмолилась Гаафа и заметалась по комнате.

Она хватала всё, что попадалось ей под руки, но всё же возвращала взятое на прежнее место. Либо габариты предметов были великоваты для путешествия в иные миры, либо в них не было ничего памятного. И тут её внезапно осенило.

– Альбом! – воскликнула она. – Ну, конечно же! Фотографии. Что может быть для меня дороже их на другом конце Вселенной?

Она впопыхах выдвинула ящик серванта, взяла альбом, наугад вытащила из него несколько семейных фотографий и положила обратно.

– Вот теперь можно и в путь, – сказала она Протею, осмотрелась ещё раз и притянула его крепкую руку к себе.

Следующую неделю Гаафа и Протей, не поднимая головы, занимались устранением неисправностей в приборе. Они спешили, потому что руководитель проекта ещё раз напомнил им о приближающейся дате его защиты и потребовал от них предварительного доклада о готовности.

Вечерами после работы Гаафа удобно устраивалась в кресле, брала в руки те самые фотографии и подолгу рассматривала каждую из них, вспоминая земную жизнь. На одном из снимков была запечатлена похоронная процессия на кладбище. Длинная череда людей, провожающих её в последний путь, выстроилась перед воротами погоста. На дальнем плане выделялась группа молодых людей в кожанках. В одном из парней Гаафа узнала Протея. Он стоял в тёмных очках, его взор был устремлён на её земную усыпальницу, вокруг которой толпилось много народа.

Теперь она уже знала, что тогда в гробу лежала не она, а её двойник-биоробот, которого те самые парни в кожанках через несколько дней после похорон извлекли из могилы и переправили на планету Мория в качестве музейного экспоната. Настоящую же Свету, находящуюся в полном здравии, просил куратора забрать на его планету сам Протей. К тому времени он уже не раз бывал с заданиями на Земле, где однажды увидел её и до беспамятства влюбился.

За три дня до защиты проекта на планетарном совете учёных Протей связался с куратором, чтобы определиться со временем доклада, и попросил у него разрешения провести вместе с Гаафой предварительное тестирование аппарата.

О первоначальном перемещении в пространстве он ничего не сказал, посчитав, что о нём никто не знает. Но тогда он даже не предполагал, что куратор уже давно был об этом осведомлён и только ждал подходящего момента, чтобы поговорить с авторами проекта наедине.