Над тополями

Обыкновенное такое кольцо, железное и блестящее, то ли для какой-то рыбалки, то ли от какой-то байдарки, а то ли и вовсе от какого-нибудь рюкзака или мешка, или что там у них еще бывает, у этих там?

Сразу ему отчего-то вдруг представился Птичий Рынок зимой: морозная людская толкотня, валенки, пар столбом, аквариумы, червяк-трубочник, рыбы-телескопы, сачки, банки, камни, удочки, семечки и загадочный кактус лофофора.

А присмотревшись к кольцу повнимательнее, он увидел и ряд знаков, все это убедительно подтверждавших.

По окружности кольца шла вдавленная надпись «турист арт.№5 нерж. Ц. 90 коп.».

«Должно быть, это букинистово кольцо», – решил Александр Иванович, зная о субботнем увлечении букиниста еще и Птичьим Рынком, где тот, между банками с инфузориями и какими-нибудь старыми водопроводными кранами, удивительным образом как-то умел находить, кроме всего прочего, и довольно редкие книги. Как ему это удавалось – неизвестно, известно другое – каждую субботу возвращался он с Птичьго с добычей.

Полнейшей, правда, загадкой оставалось то, как и когда, помимо книг, попадали к нему все эти рыболовные крючки, все эти допотопные аптечные пузырьки, жестяные коробочки, пуговицы и прочие, безусловно, полезные вещицы, которые каждую субботу неизбежно проявлялись в его карманах по возвращении домой.

Впрочем, вещицы эти и там тоже долго не залеживались: бывали обыкновенно раздариваемы или обмениваемы на такие же, безусловно, полезные и важные.

Словом, по всему – кольцо это было явно букинистовым, причем относящимся еще и к категории вещей ценных, что явствовало из надписи «Ц.

90 коп.».

Поэтому Александр Иванович, чтобы кто-нибудь чужой ее не подобрал (пустяк вещь, а бывает, за таким пустяком, когда надо, по всяким там «Охотникам-рыболовам» весь день пробегаешь и не найдешь), недолго думая, решил оставить у себя, а вечером, например, отдать букинисту. Хотел было положить кольцо в карман, но, вовремя вспомнив об удивительной способности своих карманов во всякое время каким-то неуловимым образом самим производить дырочки внутри самих себя, просто надел его на большой палец правой руки.

Кольцо пришлось как раз в пору.

Весело посвистывая, Александр Иванович начал спускаться по лестнице. Этажом ниже ему послышалось какое-то странное сопение и непонятное шлепанье, а еще пролетом ниже ему встретился дворник этого дома, идущий встречным курсом наверх.

Несмотря на полный штиль, царивший в Сретенском Океане, корабль дворника сильно качало штормом.