Софи

Вот это высший пилотаж женской природы, что же делать таким, как я, как многие другие женщины, которых многие тысячи!? Не знаю. Хорошо и то, что во сне бываю счастливой. Наверное, я, какая-то не такая, слушая женщин – все они говорят об одном и том же, все мы говорим про одно и тоже, хотим одного и того же – быть счастливыми, а наше счастье начинается, там, в тайном вместилище наших фантазий и сексуальных переживаний, до ломоты, до боли разочарований. Поплакала, вроде бы стало немного легче, и беспокойно уснула, то и дело, вздыхая в надежде на скорое счастье.

Как жалко, что только единицы сексуально довольных, мужчинами женщин.

Незабываемый Норси, и сейчас мурашки бегают по телу, на ум приходит мысль, – снова уснуть, чтобы встретиться с моим капитаном, возможно, получится, люблю я такие сны, в них появляются настоящие мужчины, которых хочу, которые делают всё именно так, как мне нравится, а нравится, когда не спрашивают. Сколько же восторгов испытала за эту ночь, сколько раз? Вспоминала всё утро, остановилась где-то около двадцати, вот это Норси, в реальности, наверное, такое недостижимо.

Элен, тоже долго страдала, по какой-то причине искала мягких, плюшевых мужчин, которых превращала в подкаблучников, потом теряла к ним интерес, уходило блаженство прикосновений, оставалась только симуляция, дабы не обидеть партнёра, но потом и это надоедало, мучительно отвыкала, прощалась, находя потом такого же, в общем, наступала на те же грабли, пока не появился мужчина, ничем особо не примечательный, видимо, внешне, вписывающийся в её сценарий подавления и подчинения себе особей противоположного пола, – он не спорил, кивал, поддакивал, но когда она попала в его руки, всё изменилось.

Он действительно создавал видимость человека, послушного, во всём; согласного её воле и желаниям, наигранным капризам, откровенному упрямству надутых губок и сведённых бровей, взбрыкам, внезапным закидонам – просто истерикам. Когда они сблизились, всё начало меняться, – он пахал её поля денно и нощно, не спрашивая, куда рулить, где поворачивать налево, направо, где останавливаться и за рёвом мотора не слышал; команд, уговоров, просьб и прочих инсинуаций, не оставляя на ней синяков, ссадин, укусов, вообще каких-то повреждений, так, лёгкая боль, переходящая в удовольствие горячих разливов.