Легенды нашего края. По зову памяти

Так и религия говорит, и моя собственная вера – самая искренняя вера на свете.

Но именно сейчас, как это ни странно, меня больше волновал вопрос – как создается жизнь, а не как она умирает и куда пропадает. Мне казалось, что создание и уничтожение жизни были началом и концом одного процесса. Возможно, Высшая Сила – это Земля, как единый организм в холодном космосе. Жизнь на ней не возникает и исчезает (имею в виду человеческую), а передается от одного пользователя к другому – и так бесконечно. Жизнь же самой Земли – это эволюция живой природы.

Ее задача – до окончательного остывания Солнца перебраться в систему другой, более молодой звезды. И так до бесконечности, но подальше от «черной дыры», где начало новой жизни, но конец ныне живущего.

Возможно, что я сейчас нахожусь в сознании Земли, потому что чувствую какой-то потенциал вокруг себя – какую-то необъяснимую, но невраждебную ауру. Это уже хороший знак – пришло чувство облегчения вместо недоумения и озабоченности. Потому что пришло понимание – все, что ты делаешь намеренно или случайно, заранее предопределено и имеет запланированные последствия.

Кем-то запланированные – кто спрогнозировал тебя самого.

Адское пламя и райские кущи – это все от фантазии человеческой. Даже профессиональные убийцы на службе у Сознания Земли, что уж тут говорить о нас, простых смертных – ученых и космонавтах, служителях культа и пенсионерах. Все мы – дети Земли, ее семена и плоды. Эта теория объясняет все парадоксы и главный из них – когда какое-то явление и его противоположность существуют по Воле Земли в неразрывном единстве.

Святые и мученики, их убийцы и гонители – живые примеры таких парадоксов.

Все мы, жившие и ныне живущие – элементы одного целого под названием Голубая Планета Земля. И для нее самой тоже существует понятие Жизни и Смерти – только масштабы его космические.

Понимание всего этого пришло ко мне как-то сразу – в последние час–полтора. Я по-прежнему сидел на лавочке в саду охраняемого мною дома, погруженному в беспросветный туман.

Умиление от сознания совершенного только что открытия попросило наружу слезы. И я мог себе это позволить, так как некого было стесняться. Полвека раздумий и ожиданий этого стоили.

Утер слезы и посмотрел на дрожащие руки пожилого человека.

Надо браться за дело. Хотя, что делать я не знал. Спешить некуда – и будни, и выходные для меня превратились в сплошные рабочие дни размышлений. Теперь, похоже, не над чем – миссия моя на Земле завершена.