Легенды нашего края. По зову памяти

– Ты точно уверен, что этот твой новый человек, нам не помешает? – спросил отец, спустя минут десять, в течении которых материализовать образ некогда любимой девушки мне не удалось.

– Надеюсь.

– Я его знаю?

– Это девушка, и ты ее видел – она однажды ночевала у нас.

Отец повернулся ко мне:

– Ты все продумал? Сколько ей было? А тебе сейчас?

Я об этом уже подумал и сказал:

– Но у меня нет другого выбора, как ты понимаешь.

– Ты всегда можешь вернуться сюда и встретиться в другой раз.

– Я сейчас еще раз попробую – не получится, поедем.

– Ты ее видел несколько раз в течение месяца и не видел уже 37 лет – тяжело будет создать из молекул облик даже если ее электромагнитная информация сохранилась в поле Земли.

Я кивнул, соглашаясь, и поерзал седалищем на траве, в поисках более удобного положения.

– Тебе мешают эмоции нашей встречи. Давай поедем – ты вернешься сюда успокоенный, и все у тебя получится. Мать сейчас смотрит на тебя и злится за промедление.

Я почувствовал, что не смогу сосредоточиться и вернуть Ирину в тело.

– Ладно, пойдем. Машина у меня в городке.

Быстро меряя дорогу шагами, мы прошли меж садами, поднялись по асфальту к медгородку и остановились у джипа, припаркованного возле моего подъезда. Дальше все, как на том свете – двери машины не закрыты, ключ в замке зажигания.

– Твоя? – подивился отец.

Я забрался в джип, включил мотор.

– Ты как – сядешь или следом побежишь?

Отец с удовольствием уселся в пассажирское кресло.

– Хороша – не мой «запорожец».

Я тронулся с места, не ответив. Джип отлично слушался руля, скорость набирал почти незаметно. Мы мчались, разрывая туман – ясный день оставался за нами. Моя странная магнетическая сила преобразовывала окружающий мир вслед за джипом, но обогнать не могла.

– Хорошо здесь гонять: дороги пустые, – то ли посетовал, то ли порадовался отец.

– Давай помедленней, если хочешь, – я сбавил скорость и волна преобразования туманного контура в цветущую панораму побежала в метрах пятнадцати перед машиной.

– Ну, нормально же, – оценил отец. – А на улицах и того медленнее, чтобы дома вернулись, ну, скажем, в 1993 год. Я хочу все узнавать.

Въехали на нашу улицу, одолели канаву перед домом, которую отец выкопал для весеннего водостока и обильных летних дождей и, почти уткнувшись в ворота, остановились.