Трубадур

 – Не скажу, что более легким, но точно более быстрым.

– В Мертвой деревне, у самого подножия Немого хребта, живет одиноко очень странный человек, – начал Трубадур с осторожным смущением; то, что он слышал в Мертвой деревне, больше было похоже на нелепые детские выдумки, чем на основу для новой песни. – Он говорит, что сбежал из Города два года назад.

Стервятник и Ворчун переглянулись со значением, Ворчун пожал плечами – не верю, мол.

– За последние два года Ворчун, кроме тебя, угощал еще троих, – сказал Стервятник после короткого подсчета на пальцах.

 – Четверых встретили, ни одного не проводили. – Ворчун кивнул в знак согласия. – Уходили многие, но в другую сторону, за Стену, через Ворота. Дураков, что желали бы повторно пересечь Долину слез, я не знаю. Знаешь, Ворчун? Нет? Вот и я не знаю. Как звали того чудака из Мертвой деревни?

– Его и поныне зовут, – исправил Трубадур. – Лекарь – таково его имя.

– Лекарь – это не имя, – отмахнулся Стервятник с веселым облегчением. – Так люди друг друга называют на равнине – по ремеслу.

Жил бы в Городе, хоть немного, назвался бы по-другому. Сказочник твой Лекарь. Никому еще не удавалось дважды пересечь Долину слез безнаказанно. И что наплел тебе отшельник из деревни?

– Он рассказывал про Анкетную башню, – Трубадур стыдился собственной доверчивости, неловко было повторять истории, что оказались фантазиями неразумного старика. – Но я теперь понимаю, что все это бред.

Стервятник и Ворчун обменялись долгими взглядами.

– Не бред, – только и обронил Ворчун.

– А как выглядел этот Лекарь из Мертвой деревни? – спросил Стервятник.

– Низенький, сухой, глаза слезятся, руки дрожат, голос скрипит, как дверь на ветру, – описал Трубадур. – На носу золотая оправа со стеклами. Из-за этого золота я ему и поверил.

– Дока, – буркнул Ворчун.

– Он самый, – согласился Стервятник. – В последние недели в Городе он непрестанно сетовал на жизнь и портил всем аппетит. Не он один такой. Тут есть целая банда нытиков. Все им не так.

Во всем видят лютое зло: и в людях, и в золоте, и в самом Городе. Шли бы за Стену, так нет! Мутят воду, народ смущают, новичкам прохода не дают. Так что берегись, Трубадур: наверняка скоро встретишь кого из этих, с придурью.

– Вот что скажу, – вдруг отчетливо вмешался Ворчун. – Они и есть зло.

– Без всякого сомнения! – горячо поддержал Стервятник. – Но Дока был не совсем такой. Ныл и причитал не меньше, да не про то. Как-то по-доброму, без ненависти.