Благословляю сильный дождь под утро… Стихи

Смолчала Ева, помня указанье,

А ей шипит на ухо ушлый змей:

«Сам Бог похрустывал сим яблочком познанья,

А ты ведь хочешь Бога быть мудрей?»

Вскипела Ева: «Не хочу я  плод, и баста!

Катись колбаской, приставучий гад!»

И змей отпрянул, поменяв окраску,

Уж мысля уползти в соседний сад.

Да, чуть замешкался и молвил: « К сожаленью,

Меня не слушают, а истина проста:

Фрукт с дерева – прямой путь к похуденью,

Ни тренинг, ни диета не нужна!»

В плод сочный Ева зубками вцепилась

И грызла их мешками натощак,

Пока в кудрявой голове не прояснилось,

Что без одежды ей уже никак…

Рассказ услышав, я подумал: «Мать честная!

Нельзя последствий всех кривых предусмотреть:

Выходит, что Адам простился с раем

Из-за стремленья женщин похудеть!»

Потомков за носы водя

О старых доблестных делах

Корплю над манускриптом ночь…

О разных подвигах слова

Облечь в рассказы я не прочь.

Потомкам смею посвятить

Всю правду дорогих могил,

И честь, и храбрость оттенить

Всех тех, кто ныне сердцу мил.

Чтоб знали, если вдруг прочтут,

Как предок с факелом в руке

Зажег под бочкой серный трут,

И взрыв открыл проход в стене.

На штурм последний потекли,

Врагов сминая, как ботву,

Отчизны славные сыны,

Добавив лишний герб к орлу.

Другой же предок знатен был:

В супруги взял он графа дочь,

И замок в Англии купил,

И в пэры избран был точь-в-точь.

А третий, хитростью светясь,

Открыл законы Каббалы,

И мудрость эту, преклонясь,

Признали маги всей земли.

Закончив труд, перечитал:

Потомкам летопись важна.

Залез в архивы, полистал,

Узрел – не сходятся края:

Тот, что так славно воевал,

Как мемуары говорят,

В бочонках толк, конечно, знал,

Не зная равных средь солдат!

Блуждая пьяный по долам

(А был росточком невысок),

Пролез в пороховой он склад,

Приняв за винный погребок.

Уснул, махоркою дымя,

А на фитиль огонь попал…

И быстро, Бога не гневя,

В герои вечные попал.

Другой барон был и поэт,

Его искал топор и кол.

И быль его из прошлых лет

Донес судейский протокол.

Черняв и смолоду горяч,

Он обожал ловить коней:

Сводил с подворьев старых кляч

И чистокровных лошадей.

В супруги взял он графа дочь,

Хоть тесть и долго против был:

И посылал погоню в ночь,

И челобитные носил.

Досада сердце графа жгла:

Мол, в замок зятя не зазван.