Выход. Повести и рассказы

Фотография этого старого особняка случайно попалась на глаза

Родиону, когда он размещал в газете рекламу.

– Посмотри-ка! Какое чудо! И цена приемлемая.

Рина рассматривала снимок с волнующим чувством внезапного соединения нового и чего-то старого, давно и надежно забытого…

Высокий каменный фундамент, увитые диким виноградом стены, широкая лестница и запущенный сад, почти лес. Полное уединение – ни тебе пыльной улицы под окном, ни тебе заставленного машинами двора. А, в то же время, станция недалеко и выезд на шоссе удобный.

Нет, но где же она видела этот особняк? И откуда, так внезапно, возник вкус винограда на губах…

– Родь, а что так недорого продают?

Родион Юрьевич торопливо набрал указанный номер. Ему ответила женщина. Переговорив, Родион хмыкнул:

– Сказала – обстоятельства. Голос злой какой-то… Все равно для такого дома дешево.

Рина вцепилась в его рукав:

– Давай, звони снова! Пока других покупателей нет.

– Хорошо!

И вскоре добавил:

– Она сейчас телефон продиктует, где оформлять.

Сестры, узнав что родители продают городскую квартиру, сплясали нечто вроде индейский танца.

«Ура, даешь природу!» «Мы будем жить в лесу» – в один голос вопили двойняшки.

Они как раз закончили школу и с успехом провалили экзамены в Институт Культуры. Им хотелось свободы и, может быть, чего-то необычного: перемен и неожиданных сюрпризов.

Особняк, если сказать точнее, был не трех-, а двухэтажный, с обширной мансардой под крышей, заменявшей третий этаж.

Спальня девочек теперь помещалась там. В то время полностью отдавшаяся настроению «эмо-кид» Лара завесила наклонные стены картинками, на которых нежно улыбались грустные мордочки из-под розово-черно-голубых челок. Сама она ходила в укороченных платьицах, длинных полосатых носках и розовых кедах. Лиза, вопреки всем веяниям, придерживалась классики – носила джинсы. Она была консервативна.

Девушки закончили библиотечные курсы и устроились посменно работать в книжный магазин, который располагался недалеко в пригороде.

Продержавшись всю зиму в упоительном образе эмоциональной дурочки, Лара совершенно неожиданно подсела на готику.

Произошло это когда зацвела сирень и лето утвердилось ароматами ярко-лиловых соцветий, которые провозглашали повсюду его триумф. На город обрушились первые грозы, смывая пыль и воспоминания о минувшей зиме. Запахло долгожданными переменами.