Всё как есть. Стихи, 2015—2017

На безымянном у тебя кольцо,

Изгибы образуют слово «Mary».

Ты с острой страстью ждёшь большой любви,

И бледность губ вдруг заливает алым.

Теперь хоть все стихи мои порви —

Хотя я вряд ли их и отправляла.

Но для чего-то думаю с тех пор

О разном – да и что ещё осталось?

Неслышимый другим осенний хор

Всегда невольно пробуждает жалость

(Как ворох писем хрупок, город стар)

Во мне – к тебе (упрёки, грёзы, строки),

Ко всем таким, кто средь знакомых пар

Душевно неизбежно одиноки…

    (12.

«Когда-нибудь я это объясню…»

Когда-нибудь я это объясню

В своих простых стихах. Хотя, скорее,

Я не тебе пишу. Тебя ж согреют

Способности сводить мечты ко сну

И забывать об этом наяву.

Мы все спасёмся – каждый как умеет.

Чугунная изогнутость скамеек

Вписалась в облетевшую листву.

Мне так хотелось сделать ярче боль.

И я, ревнуя, обещала рая

И, волосы твои перебирая,

Шептала с упоением: позволь

Стать чем-то большим.

Что гул толпы, что собранные части?

Во мне бушуют пагубные страсти.

Хотя, возможно, я не так плоха —

Не хуже остальных. Мы все живём

И ничего не знаем друг о друге —

И о себе. Тоска в сыром бору, где

Твой терем и глубокий водоём,

С краёв поросший дебрями травы.

Плыви же, лодка; просыпайся, галка.

Что до тебя – тебя бывает жалко:

Так всё кричит и молит о любви

В тебе.

Зачем играть? И нахожу слова я,

Да всё никак тебя не забываю

Под кофе, землянику и ваниль,

Особенно привычные с утра.

Зачем мне эти мысли – горстью ягод?

Уж лучше равнодушная бумага б

Под остриём дрожащего пера,

Чем эта птица – трепетная плоть,

Смежаемые длинные ресницы

И золото колец. Тебе не спится,

А грёз иначе не перебороть.

И между нами трепетная нить,

Ноябрьский город пасмурный в воде весь.

И ты мне пишешь – я же всё надеюсь

Когда-нибудь хоть что-то объяснить…

    (13.11.2015, 9:21, г. Волгоград)

«Лет в тридцать я случайно поняла…»

Лет в тридцать я случайно поняла,

Что у меня есть странная способность

Располагать к себе наивных. Мгла

И тяжела, но у дверей засов есть,

А на столе – свеча, перо, тетрадь,

С которыми не страшно одинокой

Остаться в ожидании утра,

Когда сырой рассвет коснётся окон.