Незваный гость

А когда повернулась, увидела недалеко, крестящуюся над чьей-то могилой, старуху. Я не узнала ее. Она стояла спиной ко мне, и по всей видимости, не собиралась здесь особо задерживаться.

Теперь, когда агрессия спала, а страх растворился, я снова превратилась в девочку, что по непонятной причине пришла к незнакомцу на могилу.

– Вот я снова здесь, – еле слышно произнесла я, не желая прилечь внимание старушки. – Можно сказать, у нас второе свидание, хотя… наверное, уже третье. И снова я к тебе вламываюсь, как султан в свой гарем.

Извини. Этого больше не повторится… Сейчас я уйду, и… все.

Но, не смотря на только что данное обещание, я начала приближаться к могиле и опустившись на корточки, кончиками пальцев провела по фотографии.

– Зачем ты это сделал? – спросила я. – Почему? Разве жить не лучше?

Мне хотелось получить ответ на этот вопрос, не смотря на искреннее желание забыть тот день, когда впервые прочла на памятнике его имя.

– Наверное, я лезу не в свое дело, – сделала я выводы.

Я уже отошла от могилы, когда вдруг задала ему еще один вопрос, совершенно неожиданно для себя, – тебя навестить еще? Я могу… У меня здесь бабушка с дедушкой похоронены, я у них бываю.

Хочешь? Понятно, – я кивнула себе. – Зайду как-нибудь.

– Думаю, он не станет возражать, – вдруг, откуда не возьмись, послышался женский голос.

Это была та старушка, которую я просто не рассмотрела за памятником, наивно предположив, что снова осталась одна и можно поразглагольствовать. Но теперь я узнала ее. Это была ни кто иная, а бывшая классная руководительница моей мамы – Клавдия Ивановна.

Наверное, ей не было еще и семидесяти, вот только горе по потери дочери сломало ее. Женщина превратилась в тень.

– Рая, да? Долгих? – спросила она таким приятным голосом, словно это была сказочная фея.

– Рита, – поправила я, – Долгих.

– Ах, да… Как мама поживает, не болеет? Как отец? – женщина выражала искреннюю заинтересованность.

– Все хорошо, – ответила я, все еще смущаясь оттого, что она стала свидетелем моего разговора с памятником.

– Знаешь, кто это? – она кивнула в сторону могилы Солодова.

Я пожала плечами.

– Ну да, куда тебе… Тебе верно года три было, когда его хоронили.

– Примерно так, – согласилась я, и, воспользовавшись моментом, спросила, – а вы знаете?

Кому, как ни ей, школьной учительнице знать его.

– Конечно, – она улыбнулась и сделала вид, что я спросила глупость, – он был моим учеником. Правда, недолго. Я вела химию в его классе.