Незваный гость

Мысли, как перепуганные мухи, суетились в моей голове, но им было не под силу решить эту задачу.

Появившаяся в комнате мама, сразу сделала выводы, – ты что, поругалась с Шолоховым?

– Нет. Я во сне прочла книгу, а теперь помню ее текст, и… он совпадает, – объяснила я, упустив информацию о своем чтеце.

Маму, которая сейчас стояла около моего зеркала и старательно втирала крем в лицо, это не испугало, даже не насторожило.

– Так бывает, – со знанием дела, заявила она, – мне раньше частенько снились билеты на предстоящих экзаменах, хотя я не знала, какими они будут, и это совпадало.

Мне, конечно, не снились целые книги. А вот перед двойкой в школе, мне всегда снились зеленые яблоки. Как приснятся, хоть в школу не иди. За что-нибудь, да получу… Это предчувствие, что ли. Не знаю. Сны нам не подвластны. Их секреты до сих пор не разгаданы… Кому-то будущее снится – они называют себя пророками… Не бери в голову.

Она немного меня успокоила.

Озадачивало то, что поначалу, негативно настроенная к своему «ночному кошмару», желающая высказать ему свое недовольство, прогнать навсегда из закоулков сознания, я, вдруг, и вовсе, перестала его бояться, неожиданно для себя привыкла к нему.

Я ведь даже не напряглась, когда тот снова появился, да еще и в моей комнате. Я на удивление спокойно приняла сей факт, да еще и вступила с ним в контакт. Мало этого, я была доброжелательно настроена. Хотя, и он не отличался враждебностью. Может, это ожидание сотворило со мной, ведь в глубине души я хотела его увидеть?

Всю дорогу до школы я молчала, и думала, стоит ли рассказывать об этом Соне – опять в церковь позовет.

Решила подождать.

VII глава

Когда, после уроков, я отдала подруге книгу, та с сомнением на меня посмотрела, а потом, словно увидев что-то на моем лице, воскликнула, – понравилось, да?

Я кивнула.

– Здорово! Мне тоже. Я и не надеялась, что ты прочтешь. Как тебе?

– Не знаю, – она застигла меня врасплох. – Он достиг просветления под конец жизни и понял в чем ее смысл конкретно для себя.

– Ты думаешь? А я вот не пойму… Как он мог? – ее глаза лихорадочно загорелись. – Нет, я не понимаю, как так можно… спустя столь длительное время праведного воздержания, вот так, просто, поддаться зову похоти к какой-то придурковатой купчихи? Взять и предать веру… предать людей, которые боготворили тебя… Для них он был святым. А он…

– Он был всего лишь человеком, – вставила я в поток ее возмущений.