Москва – Амдерма – Тикси – Анадырь

По какому-то странному стечению обстоятельств оказалась я на Чукотке, на самом что ни на есть Северо-Востоке страны. Её территория как велика (не знаю, что вам скажут цифры 470 тысяч километров), так и разнообразна.

Есть здесь и горы, и плоскогорья, и, словно оазис в пусты-не, среди тундры село Марково, где растут большие деревья и выращиваются в открытом грунте знакомые нам овощи, не так уж и далеко от Анадыря. Чудеса, да и только!

Это место облюбовали когда-то первопроходцы, по од-ной из версий, русские казаки.

Они ужились с местным населением, образовав новую национальность чуванцы. А за оазисом снова болотистые кочки, белые мхи и лишайники, желтые рододендроны и сотни других занесённых в Красную книгу карликовых растений.

Когда летишь на вертолёте зимой, это белая ровная, покрытая снегом пустыня, а летом из окна иллюминатора видны зеленые поля, сплошь изрезанные реками и речушками, искрящимися озёрами и озерками.

Село Марково

Как-то в Чёрном море я заплыла очень далеко от бе-рега, и меня поразило охватившее тогда непередаваемое чувство единения с природой.

Только солнце, необъят-ная даль моря и тёплые волны, которые легко несут всё дальше и дальше…

А в тундре на многие километры чистый, нетронутый снег, иногда вдали гряды гор и затерявшийся маленький человек. Но величие и масштаб не угнетают, правда, так же как и в море, при одном условии, если есть уверенность, что через какое-то время будет возможность вернуться из этого космоса в свой мир.

Мы ехали на вездеходе в бригаду оленеводов. Это не коллектив шахтёров или строителей. Обычно это одна или несколько семей, каждая в своей яранге, живущие годами в тундре, выпасая стада оленей. Животные идут в поисках корма, бригада кочует за ними.

Выехали мы где-то к полудню, в хорошую погоду. Наш вперёдсмотрящий, молодой чукотский зоотехник Аркадий Гиулькут, выглядел прекрасно, я бы даже сказала, «на зависть».

Его обычная одежда была с таким вкусом украшена чукотскими орнаментами, что искусству его мамы, а так нарядить его могла только она, позавидовали бы многие известные модельеры.

Нужно сказать, что тундровую одежду шьют здесь сами. Местные мастерицы проявляют немалую фантазию, украшая камлейки, кухлянки, торбаса самыми необычными чукотскими и эскимосскими узорами.