Андромеда

– Останься, – голос матери звучал

откуда-то извне, – Пожалуйста, останься.

Нави стояла посреди глуши, окруженная туманом. Почва под ногами была сырая и мягкая.

– Как зефир, – подумала она.

Немую тишину нарушал лишь доносившийся откуда то издалека голос Алии. Нави огляделась вокруг. Небо тянулось вверх, туман плыл куда-то в сторону, где нет конца. Пахло петрикором и сыростью.

– Доченька, – звал её голос.

– Ма-а-м?! – произнесла Нави, ища

глазами мать.

Ей послышался знакомый шум, словно постиранная простынь весит на веревке и ветер взмывает её вверх.

За ним послышались шаги. Нави обернулась на встречу звуков, в то время как что-то черное проносится мимо нее. И снова глухая тишина.

– Мам, это ты? – но ответа не было,

лишь хруст ветвей дерева донесся за спиной. Нави обернулась и сузила глаза, в попытке разглядеть что-то. Прошло мгновение, прежде чем она поняла, что на нее несется нечто черное. Нави пустилась в бег, не оглядываясь назад. Теперь тишину нарушали её громкое дыхание и звуки быстрых шагов.

Ноги Нави вязли в мягкую почву, не позволяя ей бежать быстрее. Звуки, похожие на взмывающихся вверх простыней становились все громче и громче.

– Останься, – всё умолял голос.

Её дыхание, голос из вне, быстрые шаги гоняющегося, и шум от простыней превратились в одну жуткую симфонию. Маленькое сердце колотилось внутри, поглощенное страхом, но на мгновение в её голове пронеслась мысль, утверждающая, что всё это похоже на сон. Нави резко остановилась и обернулась назад.

Пульс медленно стал восстанавливаться, дыхание, следуя за ритмом сердца, замедлилось.

– Это точно сон, – сказала Нави, ведь

теперь за ней никто не гнался, и туман стал отступать. Нави вспомнила слова матери: " Когда тебе страшно во сне, ты всегда можешь крепко-крепко сомкнуть глаза и открыть их на счёт три, и ты проснешься». Нави последовала совету Алии. Она закрыла глаза, а когда их открыла, то перед ней открылся вид на зелёную поляну, где цвели маленькие желтые цветы. Легкий аромат свежести и цветов заполонили все вокруг, прогнав сырость.

Запахло ранней весной. Где-то высоко запели птицы заливистую песню о мягком теплом Солнце, что висел в зените и посылал игривых лучей целовать щеки крохи Нави. Она вдохнула воздуха, и в ту же секунду, спокойствие окутало её как воздушный тёплый плед. Она легла на густую траву, цвета изумруда, и закрыла глаза.

– Теперь мне страшно, – прошептала

Нави.

– Нави! – очень громко и отчаянно

закричала Алия.