Обнимая воздух

– А с чего ты взяла, что сможешь уйти от меня и забрать нашу дочь? – удивился Вадим.

– Я всё решила, и ты меня не остановишь.

Едва эти слова с вызовом слетели с уст женщины, как супруг наотмашь ударил её ладонью по лицу и снял со своих брюк кожаный ремень. Тем временем в соседней комнате трёхлетняя Соня крепко прижимала к себе подаренного ей мамой плюшевого медвежонка и нервно содрогалась от каждого звука хлёсткого удара, доносящегося из родительской спальни.

Стиснув зубы, упавшая на пол Марьяна ни разу не вскрикнула, стойко терпя побои мужа, которого таковым более не считала.

Вадим вновь и вновь обрушивал на свою жену болезненные удары ремня, ожидая, что женщина бросится ему в ноги с мольбой о пощаде и извинениями за свои слова.

Как только мужчина прекратил побои и бросил на Марьяну надменный взгляд, прикрывавшая всё это время руками лицо и голову женщина схватила с комода тяжёлый подсвечник и запустила им в супруга. Основание чугунного предмета попало, попытавшемуся было увернуться от него, Вадиму в висок, отчего мужчина мгновенно умер ещё до того, как его тело шумно обрушилось на пол.

Не выдержав череды пугающих звуков, Соня вышла из своей комнаты вместе с медвежонком в руке и зашла в родительскую спальню, где увидела лежащего на полу отца и неподвижно стоящую над ним мать.

– Папочка просто устал и отдыхает, – стараясь подавить волнение, попыталась успокоить ребёнка Марьяна, после чего спешно застегнула молнию наполовину собранного чемодана.

 – Мы с папой немного поругались, поэтому поживём пока с тобой у бабушки и дедушки в Пскове.

Растерянная увиденным, Соня с сочувствием посмотрела на отца и сказала маме: – Лучше накрой папу одеялком, чтобы ему не было холодно лежать на полу.

– Конечно, – сглотнув застрявший в горле комок, выполнила просьбу дочери женщина и накрыла мужа одеялом, после чего взяла Соню за руку и вышла с ней из комнаты вместе с чемоданом.

– Хочешь, я подую, чтобы тебе не было больно? – спросила девочка, заметив на руках Марьяны многочисленные синяки от ударов тяжёлым папиным ремнём.

– Мне не больно, доченька, – солгала женщина, выходя с ребёнком из дома во двор, где тут же подошла к стоящей машине мужа и поместила в её багажник чемодан.

Переставив на переднее сиденье детское кресло, Марьяна усадила в него Соню, села за руль и нажала кнопку на брелке автоматического открытия ворот.