Обнимая воздух

«Хотя ты вполне можешь приглянуться и каким-нибудь сектантам, забирающим сирот для изнурительных работ в своих трудовых лагерях. Уверена, ты просто создана для рабского труда на картофельных грядках, с перерывами на неустанную молитву», – вспомнилась Кате очередная порция язвительных слов черноокой.

«Органы, извращения или грядки», – в ужасе пыталась разглядеть смутные очертания своей дальнейшей судьбы девушка в глазах смотрящей на неё пары.

– Рита, – неожиданно представилась женщина и, сделав шаг вперёд, протянула Кате ладонь.

Девушка от испуга выронила из рук свой рисунок, о существовании которого успела позабыть, и безучастно наблюдала за тем, как женщина подняла с пола исчерченный простым карандашом листок бумаги.

– Это яркий свет в окошке башни замка? – поинтересовалась Рита, вернув Кате её рисунок, на котором был изображён мрачный средневековый дворец с высокими стенами и массивной башней, под которой роились голодные орды злобных чудовищ.

Застигнутая врасплох вопросом женщины, девушка машинально кивнула.

– Но если в башне горит свет, значит, должен быть тот, для кого он зажжён, – высказала своё предположение Рита.

– В башне прячется от монстров девушка-воин, – взяв себя в руки, ответила Катя.

– А найдётся ли в башне место для доброй девочки, которой нужна защита отважной девушки-воина от монстров? – с надеждой спросила женщина.

Будучи несколько сбита с толку, Катя одновременно ощущала исходящие от Риты ласку и тепло и ещё нечто едва уловимое, чему не могла найти разумное объяснение.

Девушка смотрела в добрые глаза женщины и чувствовала, что, несмотря на бритую голову, Рита видит в ней не отверженного всеми изгоя, как другие сироты, а надежду на спасение своей дочери от угрожающих её благополучию монстров.

«Эта женщина не может быть плохим человеком», – подумала Катя, испытав доселе неведомое ей чувство воодушевления от того, что кто-то нуждался в её помощи, думая при этом, что она способна её оказать.

Впервые после смерти отца и бабушки Катя увидела себя в глазах Риты не как полоумную красотку для бесконечных насмешек сверстников, а как бесстрашного героя из сказок, каковым девушка никогда не была, но коим ей вдруг очень захотелось стать, приоткрыв незнакомой женщине запертую на тяжёлый засов дверь своей башни.