Новогодняя Проза

А когда нас перевели, и ты начал свои представления, прямо с ума сошла. Всё упрашивала с тобой свести поближе. Затем, Маратик с дружками исчез, и я ей объяснила, что с тобой сводить не буду. Самой может, пригодишься. Ну, она начала разглагольствовать, не много ли у меня кадров. Предложила определиться и можно сказать потребовала отдать тебя.

– Ясно, – подытожил Павел. – Ревность обуяла, и ты решилась.

– Угу, – всхлипнула Рита.

– Надо Ленке спасибо сказать и шоколадку подарить.

– Стоят. Обнимаются! – Андрюха с укоризной растолкал влюблённых.

 – Сейчас жди их, потей. Кода ещё соизволят одеться?

***

Пашку всё чаще стали звать на подмены. Времени на домашние тренировки по самоучителю не оставалось совсем, и он решил заниматься этим на работе. Прыгая в вагонах на зачистке ногами и руками выбирая место и силу удара. Сначала слетал постоянно. Парни замучились выгребать его из куч угля и гравия. Подарили верёвку с крюком.

– Обвязывайся, цепляйся за край вагона и прыгай, сколько хочешь, раз лень инструментом работать.

У нас времени отнимать меньше будешь, да и шею себе не свернёшь, – посоветовал Лёвка.

– Мылом её не забудь натереть и вокруг шеи обернуть, тогда точно не свернёшь, – дополнил Славка под общий гогот.

Но вскоре Пашкина затея обернулась для всех выгодой. Наблатыкашись, он отбросил страховку и с такой скоростью обрабатывал вагон, что парни стали у него в подручных, выметая остатки. Свои новшества применил и на разгрузке, увеличив общую выработку, раз в пять.

Друзья посоветовались и взяли Торилина в бригаду на постоянку.

В середине декабря показали Ефимычу. Тот пригласил на просмотр друга, мастера рукопашного боя. Попросили исполнить в танце, всё чему смог научиться. Просмотрев показательное выступление, угрюмо посовещались, притащили деревянный брус десять на десять, тоньше не нашлось, стопку кирпичей и два манекена для отработки приёмов. Брус закрепили вертикально. Один манекен подвесили, другой держали руками.

– Работаешь в полную силу, – приказал Горыныч.

Брус треснул с первого удара, ощетинившись щепками. Три кирпича ребром ладони и два локтем. Привязанный спарринг партнёр, разлетелся кусками, осыпав начинкой пол зала. Второго изуродовать тренер не дал.

Подозвали Пашку к себе. Ефимыч щёлкнул по носу и с сожалением пробурчал в пышные усы:

– Что это такое я не знаю. В дзюдо восемь тысяч приёмов. Я знаю хорошо около половины. Отлично использую четыре десятка. Коронных только семь.