Новогодняя Проза

Объявилась мама Вера с новым мужем Григорием Степановичем и привлекла к обустройству семейного гнёздышка. Потом прикатили младшие. Правда, их тут же определили в дачные подмастерья.

Маргарита с задорным бронзовым загаром, бросив авоськи у порога, повисла на шее, лишь только Пашка успел возвратиться от стариков, сдав им брательников.

– Соскучилась! Страх! А ты?

– Ужасно, – пожаловался, нежно целуя любимую. – Всё в порядке?

– Да. Если не считать, что у тебя появился новый конкурент.

– Это, в каком смысле? – Торилин отстранил её от себя, заглядывая в очи.

 – Кому рога скручивать? Мне или ему?

– Фу, как пошло. Прямо ничего сказать нельзя. Всё за чистую монету принимает. Знаешь же, что я только о тебе грежу и во сне и наяву. И такое отмочить, – она обижено выскользнула из объятий, закрывшись в ванной.

– Ладно, прости. Пошутил неудачно, – стараясь загладить размолвку, прокричал через преграду. – Повествуй, сгораю от любопытства.

– Да, Костик Краснов из Ларкиного класса.

Новенький. Папаша ещё у него областной партийный деятель. – Послышалось под звуки льющейся воды. – Нам с Галкой шибко много внимания уделял. Танцы – только с нами. На свидание в лесопосадку приглашал. Цветочки дарил. В работе всегда помогал. Даже целоваться лез, – она отворила дверь и снова оплела его шею чуть влажными руками.

– Ну, а ты чего? – У Павла неожиданно кольнуло за рёбрами.

– Вроде отвадила. А Галка к нему присохла. Очуметь! Прямо сейчас на всё согласна. Еле сдержала её там, что бы глупостей ни натворила.

Неужели не видит, что ему всё равно с кем, лишь бы посимпатичней и престижней? – Рита водила изящными пальчиками по лицу любимого, пристально вглядываясь в его черты.

– А ты у меня симпатичная или престижная? – У Торилина немного отлегло от сердца.

– Не знай! – Она снова покинула объятия и, прихватив Павла за предплечье, потянула в комнату. – Тебе лучше знать. Сам выбирал такую.

***

Лето, как обычно пролетело стремительно. Скучающая осень, вернула всех в уют городских квартир, одарив разноцветьем семейного счастья.

Мама Катя корпела над домашним хозяйством и обработкой материалов экспедиций, редко уезжая на отчёты с накопленными данными. Мама Вера, с новым мужем, трудились на заводе с утра до ночи, мерцая своим присутствием по праздникам. Младшие с удовольствием торчали у стариков, «забивая козла» и вешая друг другу погоны, в тихоря занимаясь у них запрещёнными Павлом делами.