Деревенька моя

Что такое «власть» и «нельзя», мне понятно. В нашей деревне в л а с т ь – председатель колхоза. При появлении его дрожек мы, ребята, рассыпаемся кто куда. Он обязательно худое слово скажет или пригрозит нам. Нельзя было по его указанию брать солому на топку из колхозного скирда. Но, чтоб скирд не мешал трактористам пахать, его на днях сожгли.

– Перезимовали, Мить. Слава Богу. Вот-вот травка пойдёт. Будем из лебеды щи варить, -продолжает мама. – А ещё, говорят, колхоз помощь окажет. Вот бы хорошо.

И взаправду, весной жить становится веселее.

Солнце пригревает вовсю. В нашу скворечню уже припожаловали скворцы. Каждое утро, прежде чем сбегать за угол, я останавливаюсь под старой ветлой, слушаю, как сверху льются их свист и трели. Сам воздух стал другим, густым и вкусным. Одно плохо, никак не соберётся колхозное собрание. Там должны раздавать зерно.

Однажды мама пришла с работы какая-то притихшая, невесёлая. Спросить бы её, не заболела ли? Я спрашиваю о другом: «Не было ли собрания»?

Оказывается, собрание состоялось.

Об очередной посевной говорили, о выработке трудодней и о помощи некоторым семьям.

– Нюраше помочь. У неё дети маленькие. Дуняхе Чесноковой. Работница хорошая, звеньевая. Арише Михеевой. Как-никак бедно живёт, – перечисляет мама.

– А… нам, мама?

– Отказал председатель. Говорит, Татьяна больше притворяется. У неё затируха не переводится.

От удивления и обиды замираю с раскрытым ртом. Никаких вопросов больше не задаю.

К вечеру пришла бабушка.

Посидела, поохала. О весне поговорили, о том, что огороды скоро пахать. Разговор как-то не клеился, и она вскоре засобиралась домой. Перед тем, как выйти, развернула на столе чистую тряпочку и выложила две небольшие варёные свеколки. Они были липкие и с одного боку поджаренные. С молоком свёклу есть чего лучше.

– Спасибо, бабушка.

Утром мимо наших окон протарахтел «универсал» и протянул за огородом первую неровную борозду. Наш дом на отшибе, потому рядом, на выгоне, во время полевых работ с плугами да боронами всегда останавливаются механизаторы.

На этом месте потом долго темнеют мазутные пятна, масляные тряпки.

Из окна наблюдаю, как парит чёрная, подсыхающая на солнце земля, да вслед за «универсалом» летят, колготятся грачи.

– Весна нынче ранняя, – радуется мама. – Успеть бы отсеяться вовремя и были бы с хлебушком.

Вскоре неподалеку от нашего дома остановилась пароконная подвода с двумя-тремя мешками зерна.