Записки настигнутого любовью

Каждые 15 минут я жду от тебя смс, каждый миг все мысли лишь о том, как сделать тебя счастливее. В обед шлю тебе фото, как я обедаю, ты шлёшь мне фото новых колготок. Скорей бы вечер, обнять тебя, выслушать твои проблемы, подсказать решение, держать твои руки в своих, не отрываться от твоих рук, глаз, губ, дыхания. Моё тело лишь для тебя, все мои поступки направлены на обустройство твоего-нашего счастья. Сердце поёт словами Стаса Михайлова: «Всё для тебя рассветы и закаты!», и слышу твой ответ словами Юрия Визбора: «Ты – моё дыхание, утро моё ты раннее, ты и солнце жгучее, и дожди».

Хочу взять ответственность за любимую женщину, способную гармонизировать мой род.

Я встал с лавочки, посмотрел на часы, пора было возвращаться на работу, обеденный перерыв пролетел в миг. Я даже не успел перекусить, но не жалел об этом, внутри пело, танцевало, рвалось из груди сердце.

Сев на рабочее место, я заметил, что у меня есть ещё 10 минут до совещания, я открыл «Дао дэ цзин» Лао – цзы: и прочёл:

«Избранный Дао – Дао не постоянный.

Имя данное – имя не постоянное.

Небытие именую Неба-Земли Лоном,

Бытие – Матерью всего сущего.

Отсюда:

постоянного Небытия жаждая –

созерцаю Её Сокровенное,

Бытия постоянного жаждая –

созерцаю Её формы.

То и другое – единородны,

но имена – разные.

Едино свидетельствуют о Изначальном.

Изначальнейшее Изначальное –

вход Всеобщего Сокровенного».

Я поднялся, взял презентацию, необходимые для доклада на совещании материалы, и зашагал по лестнице:

– Уж сколько раз твердили мне, займись делом, поставь себе цель, составь хоть какой распорядок жизни, научись хоть чему-нибудь, будь специалистом хоть в какой-нибудь социальной области.

В конце концов, заведи семью, воспитай потомство…, – терзал меня кто-то во мне, но я не воспринимал всерьёз его обвинения, они никак не соотносились с моим самоотождествлением в этом бренном мире.

Я сидел на совещании и в распахнутое окно наблюдал, как небесный кран взрезал облака миксером стрелы.

Его зига неведомому беспредельному рубила облако на кофейные сервизы, ёлочные украшения и причудливых носорогов. Единорог одиночества, вырванный стрелой-мечом неожиданно, в один миг, слился с облаком, как шарики разлитой на столе ртути стремятся к целому. Когда дельфин, выплывший из-под стрелы крана, стал нырять в рядом стоящий небоскрёб, из-за небоскрёба выплыло облако.