Алексей Ваямретыл – лежащий на быстрой воде. Путь преданного своему хозяину камчатского самурая

– А была ли его Айна, его обожаемая Айна достойна его чистейшей, высочайшей такой, неисчерпанной, неисчерпаемой его любви, тогда и, даже сейчас?

– Не предавала ли она его единожды или может быть однажды, и уже навсегда, когда решилась соединиться своей горящей страстью женской плотью может быть один единственный раз в постели с его старшим другом Димой Кангиным?

И вот, я сегодня 22 января 2012 года после дня равнодействия и после настоящих подмосковных крещенских морозов нахожусь здесь, приехав на комфортном автобусе «Мерседес» из великой и древней Москвы, я одиноко стою с не покрытой уже полностью седой головой в непередаваемо древнем Сергиевом Посаде, стою у гроба нашего знаменитого Сергия Радонежского, покорно стою я, приклонив свои колени у его нетленного праха, вероятно сохраненного для нас его потомков по воле самого Господа Бога – Иисуса Христа и по воле самого Провидения с того далёкого 1645 года, сохраненного для земных потомков до наших дней и ведь ничто, ни всемирное Время, ни даже бесконечное Пространство теперь и не смогут нас ним с разъединить…

И, ни в 1812 году французы, ни в 1941 фашисты (вся та немецкая орда) и вся Европа им и ему Гитлеру, помогавшая, так и не смогли сокрушить его земной здешний покой, его здешний земной вечный покой и в этом всём ведь величайший знак той нескончаемой Вечности самой радости жизни на Земле нашей, знак постоянной веры в вечную нашу жизнь и, веры во всеобъемлющую нашу христианскую религию, которая делит нашу жизнь на видимую её часть – здесь земную и на ту её неведомую никому из нас смертных – потустороннюю часть, о которой мы ничего не знаем и ничего мы не ведаем, но ведь искренне надеемся, что она есть и, что она еще и существует в виде для кого-то может быть и призрачного сказочного благоденственного рая для самих праведников и кипящего страстями ужасающего ада для настоящих всех земных грешников, коих здесь на земле не так и мало…

К большому моему сожалению, Алексей Ваямретыл делал только первые робкие попытки и ходил еще изредка с Уголевым Александром в Тиличикскую новую церквушку, чтобы по наставлению старшего его друга самому там поставить свечу за здравие и за упокой его всех родных.