О Русь…. Книга тридцать восьмая

Крики чаек закружились

В гулкой тишине ночной,

С кораблем мы заблудились

Между небом и землей.

Ветер лунный след качает,

Тени бродят в облаках,

Бакен фонарем мигает,

Крест прочерчен на боках.

Видно уж судьба такая,

Кто-то выбраться не смог,

Бродит вкруг волна глухая,

Гонит пены бурный клок.

Поскорей бы место это

В тишине ночной проплыть

И до утреннего света

Как тревожный сон забыть.

Хмурое утро

Утро, хмурь. Рядами скачут

Облака среди небес,

Наш кораблик стонет, плачет

В зыбь глубокую залез.

Впереди пустынный остров,

Глуше места не найти,

Этот остров так не просто

Левым бортом обойти.

Справа, слева, мелей блики –

Не туда плывешь, дружок,

Как спасительные крики,

Бьется по ветру флажок.

Чтоб со всем честным народом

Нам не сгинуть на мели –

Сбавь узлы, и тихим ходом

К дебаркадеру плыви.

Право борт, не черпать воду,

Нам еще вперед и вдаль,

В эту шалую погоду

К верной пристани причаль.

Эй, крепи швартовый к кнехтам,

Бросим трос – не проворонь.

Тише. Стоп машина. Эх ты,

Только колышек не тронь.

Встал корабль. Прервал движенье,

С ветром справился не зря.

Чудом плыло отраженье

Белых стен монастыря.

Плёс

Смеркался свет за темным лесом дальним,

Корабль, качаясь, к берегу пристал,

А над холмом вечерний звон печальный

Разрушенную церковь отпевал.

Вдоль Волги резко дул тревожный ветер,

О пристань бились буруны волны,

Казалось, нет иной другой на свете

В безвременье упавшей стороны.

У ресторана звуки песни пьяной,

Съезжаются машины в казино,

Притон шальной на острове Буяне

Сулит веселый ужин и вино.

Сгорела церковъ, почерневший сразу

Большой старинный город запустел,

И воронье с далеких гор Кавказа

Над ним справляет черный беспредел.

В бурьяне городища танцплощадка

И памятника столб в остатках плит,

А князь с него в разбитой камнем шапке

С укором древним на пустырь глядит.

И делит край, что так любил художник,

К рукам прибрав чужое как свое,

Без роду и без племени безбожник,

И кружит жадной стаей воронье.

На Онеге

Протяжный звук растаял парохода,

Все дальше уходил речной причал

И в ярком небе, вкруг объявшем воду,

Луч солнца крылья чаек окаймлял.