Дикий утенок. Постмодернистский черный лебедь

– Петрооович, и ты туда же?

– Весь народ из одних ворот…

– Должен заметить, как филолох филолоху, глагол «на@ бать» и глагол «за@ бать» имеют разные коннотации.

– Ччоо?

– И прагматическая значимость употребления этих глаголов выходит далеко за рамки обсценной лексики, а также наполняет новым смыслом описание процесса коммуникации субьектов социального взаимодейст…

– Стой, охолонись, балаболка.

– При этом, как сказал один антрополог, обязательно надо учитывать контекст…

– Не могу слушать, заткнись! Вот ты точно меня уже окончательно за@ бал.

Так за@ бал, что уже и слов других на тебя нет!

– А были?

– Нуу, дак… веть… это…

– Вот, то-то и оно…

– Ладно, чо ты?

– А может дело в том, что с этими, которые «сверху», с ними вы «близнецы-братья», а те, кто в очках – чужаки?

– С какого это?..

– А я тебе укор по жизни, всё потому что хоть в процентах, да разбираюсь…

– Ха! Я тоже секу в про?центах? Это тебе ни Ибином Ньютона.

– В святые не гожусь, но бездельников тупых, ой как не люблю, Петрович.

– У тебя зуд мудрости, оглянись вокруг, люби природу, мать твою.

– А у тебя полный зад лени и зазнайства?

– Слушай, ты вконец оборзел? Ты же ваще людей не любишь, суука. Придется, все же тебя для профилактики пропесочить, отх @рачить, уму-разуму проучить.

– Так ты же привык не умом жить, а хитростью. Хитришь, мол тут вижу, тут не вижу, властям подмахиваешь. Живешь задним умом, как они.

Они ведь ж@пом чують, когда кресло под ними качается, чтобы вовремя смыться. Что? Разве не так, Петрович?

– Да все вы хороши, на одно лицо, что левые, что правые. Житья от вас нету, одни простых людей обдирают, другие обсирают. А нормальному мужику только терпеть, да крякать остается. А ведь может и крышку сорвать, тут уже, – кто не спрятался, я не виноват.

– Но ведь и тебе прилетит, когда всех сгребут до кучи.

– Тут баушка надвое сказала, она ведь не дедушко, как он там шутил, если бы у баушки…, она была бы дедушко.

Я сейчас спокойный, глаза такие добрые – добрые. Интересно поглядеть, как вы будете в луже своей барахтаться.

– Хорошо, пока еще мы тут сидим, хочу все же вопрос один тебе задать, Петрович.

– Ты по-человечески не умеешь, только вопросики свои вшивые подкидывать и можешь?

– Ну не хочешь, ладно, не буду…

– А вот и нет, теперь уж задавай, последнее слово тебе даю сказать.