Пасисяки Пукк

Корешки Хоххоты можно уже выбросить, так как они вскоре начнут дурно пахнуть. Отвар употреблять в прохладном состоянии, не более одной чарки (!) в сутки. Хранить в тёмных (!) местах (я хранила в подвале в мешках со старым бельём, куда муж никогда не заглядывал).

Помни! если солнечный свет попадёт на выкопанные корешки или же на сам отвар – хоххотогены разрушаются!»

Пасисяки потёр раскрасневшиеся глаза и зевнул во весь рот.

«Побочные эффекты от отвара, отмеченные лично мной:

– после выпитой чарки начинается неудержимое чихание (мой рекорд – восемнадцать раз);

– что касается сознания: если выпить больше чарки отвара за один раз, то сильно сводит мышцы лица от постоянных улыбок и смешков; также сводит мышцы живота, появляются сильные колики (призна?юсь честно, в такую минуту думала, что наступили мои последние минуты);

– случаются (не всегда) провалы в памяти;

– что касается котелка: очень часто приходится заменять новым, так как дно зачастую быстро трухлявится».

– Что это вообще такое? – Пасисяки оторвался от книги.

 – Ощущение будто бабушка под старость лет ударилась в маразм. Корешки какой-то Хоххоты в лунную ночь, котелок, свеча, отвар предков, который заставляет быть весёлым и помогает найти ответы на различные вопросы… А эти бабушкины слова «если я не могу найти себя, идя к себе, может, стоит пойти от себя? Авось в конце пути на себя и набреду?..» Что это за бред?.. Не понимаю, дурь какая-то…

Пасисяки просмотрел книгу до конца. Ничего больше интересного в ней не оказалось, кроме странных и нудных рассказов о каком-то вымышленном мире, по которому путешествует его бабушка.

В этом миром правили деньги, предательство, алчность и жестокость.

Пасисяки захлопнул книгу и положил её на прикроватную полку: «Ужас какой-то, а не мир!»

За окном с грохотом проехал ночной рельсобус. По задёрнутым шторам от него пробежали огни.

– И вообще… Я никогда в жизни не видел сухого дуба-дубой, только в школьном учебнике.

Не переставая зевать, Пасисяки выключил светильник, натянул одеяло на голову так, что ступни ног остались непокрытыми, и захрапел во весь нос.

Солнечное и нежаркое утро следующего дня не задалось для Пасисяки с самого начала – проснулся он в отвратительнейшем настроении.

Началось всё с того, что он не выспался из-за, как ему показалось, чересчур сильного шума ночных рельсобусов, которые грохотали каждый раз, проезжая под его окнами, а также из-за снившихся кошмаров вследствие этого.