VIP-места со столиками

Она переводила взгляд то на бабку Марью, то на старуху-монахиню – что за тайна была в жизни этой весёлой бабки Марии Семёновны? Что за тайна, и о чём говорит с ней эта странная монашка?

Домой они шли молча. Мария Семёновна впервые со дня их знакомства за всю прогулку не проронила ни слова. На её враз осунувшемся и постаревшем лице читалась такая тоска, что Надя не решилась спросить даже о её состоянии. Один раз она попыталась завести разговор на пространные темы, но Мария так на неё зыркнула, что Надя оставила эту затею.

Дома Мария Семёновна прибралась наскоро и ушла, оставив Надю в недоумении. На следующий день позвонила Якову, предупредила, что не может прийти. Не было её почти неделю. Теперь и Яков заволновался. И стал волноваться ещё больше, когда Надя рассказала о происшествии в церкви.

– Может проведать её? – задумчиво спросил он у Нади. Это был, наверное, третий раз, когда он обратился к ней. Так как-то у них сложилось, что между ними всегда посредничала Мария Семёновна.

– Хорошо бы. Очень она была странной.

«Обе вы странные. Страннее не придумаешь» – решил про себя Яков, а в слух сказал:

– Я тебя подожду в машине, а ты поднимешься. Если что, звони мне на мобильник. Вот ключи от её квартиры, но сразу не открывай, позвони в дверь сначала… может сама откроет.

До дома Марии Семёновны можно было дойти за двадцать минут. Через пять минут Надя уже звонила в дверь. Мария Семёновна открыла сама. Старуха больше походила на ведьму, чем на знакомую бабку Марью – Надя отшатнулась от неожиданности.

Несколько секунд они смотрели друг на друга, потом Мария Семеновна тихо, почти шепотом сказала: «Входи». Надя вошла в тесную прихожую.

– Ты одна? – спросила Марья из кухни холодным, неестественным голосом.

– Нет, Яков ждёт в низу, в машине. Мы волновались за вас!..

– Не хочу, чтобы он видел меня такой… Может ты отправишь его, да придёшь? Сил нет одной оставаться!

Надя бегом спустилась вниз, кое-как уговорила удивлённого Якова вернуться домой, объяснив, что Мария Семёновна себя плохо чувствует, и просила её остаться.

«Нет, нет, помощи не требуется», – ласково, но настойчиво отправляла она его, – и только тогда до него дошло, как она изменилась.

Они пили чай и молчали. Потом так же молча Мария Семёновна расстелила диван для Нади, и стала расстилать постель себе, готовясь ко сну. У Марии Семёновны была однокомнатная, но довольно уютная квартирка. Диван, кровать стол, комод да телевизор – вот нехитрое добро, что скопила она за свою жизнь.