Угрюм. Книга первая

Лучшие врачеватели – ведуны, из разных районов Тархтарий, мудрецы из Архаима, закленатели из Хамбалы, врачеватели из Московии, ведуны из Кирополя, были срочно направлены в стольный город, однако хворь, что называлась старость, одолеть никто ни смог. Лицо правителя осунулось, нос заострился, постоянный кашель докучал. Подниматься без посторонней помощи он уже не мог.

Владыка очень удивился, как и все тут, возвращению Каана, он помнил при каких обстоятельствах наследник покинул эти края.

Правитель приказал немедленно его одеть и усадить на трон в головном зале дворца. Только он там расположился, в двери вошел, в сопровождении стражи Каан.

– Приветствую владыку земель белой расы великого и могучего Русиглава арийского! Я пришел сюда слово с тобой держать. – громогласный голос разлетелся по залу, заставляя присутствующих ощутить мощь пришельца.

– Приветствую и тебя дальний мой родственник, сказывай слово своё, мне говорить не с руки, – голос владыки с каждым произнесённым предложением звучал всё тише.

– Чтож, слушай владыка, в землях белой расы, от ледяного моря, до границ с драконьим царством, от крепости Астраханьской и до земель огненных Тендука, всюду расприи, нет там правящей длани твоей. Ханы-князья Сантии и Харатьи, Пермии и Грустины, не желают знать более единой власти твоей, имени твоего.

Белые воды, после войны с Катанской державой без правителя, лишь под управой местных родов, которые не могут даже прекратить разбои творящиеся то в одном, то другом селении. Великий Архаим, вообще твою руку не принимает, после смерти Могана, два столетия назад, там управляются старейшины, которые и сами не прочь престол Полмира подмять.

– Слова твои правильны, мой родственник, но не хочешь ли ты мне сказать, что мне следует передать тебе владычество над землями расы нашей?

– Это и говорю тебе владыка! Или ты знаешь другого наследника трона? Скоро ты подохнешь и я не хотел бы грызца с каждой шавкой, что захочет занять трон, лучше я сам займу его сейчас!

Слова Каана были резонны и своевольны, его тон был нахален, слишком самоуверен.

– Сейчас времена тяжелые, прав ты Каан, но и твоя власть не гарантия лучшей жизни.