Напрасный грех

Завтра совещание.

– Ах ты, моя леди-босс, понял! Мы ложимся спать!

– Нет, Стас, не понял – я ложусь спать, а ты одеваешься и едешь домой. Такси я уже вызвала.

– Увидимся завтра? – молодой человек явно был растерян.

– Думаю, мы больше не увидимся.

– Что? Это шутка такая?

– Нет, дорогой, прости, отношения затянулись. Ты же знал, что это ненадолго. Марина почувствовала приступ тошноты, то ли от выкуренной после долгого перерыва сигареты, то ли от осознания, что расставание затянется, а она так не хочет долго объясняться с этим мальчиком.

Это обычно выматывает.

Она подошла к Стасу, обняла его и поцеловала:

– Прости, так нужно. Ты ведь тоже не любишь меня. Не будем затягивать. Прости.

Марина снова отвернулась к окну, закрыла его, чтобы чем-то занять задрожавшие вдруг руки.

Примерно через пятнадцать минут до неё донёсся шум подъехавшего автомобиля. Марина услышала, как захлопнулась входная дверь, и только тогда облегчённо вздохнула.

Её мучило чувство вины, но всё-таки больше она испытывала облегчение от того, что не нужно больше изображать счастливую влюблённую женщину, не нужно ходить с молодым любовником по клубам, слушать его пустую болтовню и таскаться вместе с ним в спортзал.

Хорошо, что Стас оказался умным мальчиком и не стал устраивать сцен.

В свои 38 лет Марина была руководителем отдела продаж в крупной промышленной компании. Она была умна, красива, амбициозна. Но больше всего на свете она хотела не того, что уже имела, а того, что стало для неё почему-то труднодостижимой мечтой, у которой с каждым годом было всё меньше шансов сбыться.

Марина мечтала стать матерью.

3 глава

Поезд прибыл на Ладожский вокзал в 7—45 по Московскому времени. Мне повезло ехать в купе одной. За ночь я ещё несколько раз обдумала план действий и теперь была готова приступить к его выполнению.

Но, ступив на перрон большого чужого города, я почувствовала, что решимость моя немного притупилась. Видимо, сказалась бессонная ночь. Пройдя в здание вокзала, я разыскала кафе, заказала большую порцию эспрессо и, выбрав дальний столик, заняла место у стены.

«Ну же, Нина, соберись», – говорила я себе. Это всё бессонная ночь. Отдохну, и всё встанет на свои места. Должно встать.

От тревожных мыслей меня отвлёк сигнал сообщения в ватсапе. Алексей! Я ведь даже не попрощалась с ним. «Привет, Нинчик, ты на месте?» Волнение схлынуло, уступив место приятной теплоте где-то в области желудка. Я улыбнулась, поняв, что эспрессо здесь не при чём.