Дикая яблоня. Пасторальная симфония

Дмитрий уговорил Прасковью и её отца Акима поехать с ним в Прокопьевск.

Свадьбу сыграли ещё в деревне Клюквино, и там же в 1929 году родилась первая их дочь – Лидия, моя мама. Через два года в Прокопьевске у них родился сын Леопольд, а ещё через два года – сын Геральд.

Семья Кондрата Шабунова – дед держит Прасковью (Ро?су) за руку. Тамбовская губерния

При полном достатке и благополучии в семье дочери Прасковьи Аким не мог принять новую жизнь. Он не оценил её ни душой, ни разумом. Зачем было его семью лишать всего в Тамбовской губернии, где он жил и работал, чтобы здесь, в Прокопьевске, обрести другую, чуждую ему жизнь? Привыкший к крестьянскому труду, Аким не принимал городского уклада жизни.

Для него всё здесь было чужое, временное.

– Голодранец ты, – говорил он зятю. – Только можешь книжки читать да дочку мою Росой звать. Какая она тебе Ро?са? Прасковья она – понял! Даже изба у тебя казённая. Вот дадут тебе под зад, и пойдёшь жить в стойло.

Стойлами Аким называл бараки, которые сплошь строили всюду.

– Ишь чё придумали для народу – конюшни! Мы так строили с отцом для своих жеребцов. Перегородка – загон, переборка – хлев. А вы людям так затеяли.

– Временно всё это, временно, – говорил тестю Дмитрий. – Скоро здесь будет большой город. И дома будут многоэтажные, и школы, и театры, и парки – всё будет.

Но Аким не слышал зятя Дмитрия, он горевал о своих родных, которые жили в деревне Клюквино. Здесь, в Прокопьевске, одно только утешало Акима – внуки.

Он не мог понять, как так они, вынянченные им, растут такими способными и образованными. Уже в шесть лет читают взрослые книги, которых у Дмитрия было очень много. Вот и сейчас они по очереди вслух читают «Дети капитана Гранта». Зятю он не хотел приписывать заслуг, так как Дмитрий мало находился дома с детьми. Для него коммунист был всё равно что враг. Его ненависть к коммунистам шла из далёкого 1920 года, когда его семья была вынуждена уехать из Тамбовской губернии в Красноярский край. Они ехали с сыновьями, дочками, внуками, с отцом Кондратом и матерью Февроньей в набитых людьми столыпинских вагонах два месяца. Хорошо, что было лето и на остановках, довольно длительных, можно было купить еду.

* * *

«История Тамбовского восстания 1921 года по-прежнему воспринимается очень остро. Это была последняя крестьянская война в России», – писал А. И. Солженицын. Но Тамбовское стойкое восстание показало, что российское крестьянство не сдалось без боя.