Свобода печали

16 ноября 1989

Первый снег

У ангелов первая линька –

Тяжелые, влажные перья

Размыли небесную синьку,

Застенчивый профиль деревьев.

И город притих, изумленный,

Туманя дыханием окна,

Несчастный, намокший, влюбленный,

Смотрел на меня одиноко.

От снов, что страшнее бессонниц,

Коснулась снежинок губами,

И ангелы – с рухнувших звонниц

Ответили – колоколами!

16 ноября 1989

* * *

Когда-нибудь и этот нежный ад

Вдруг прекратит свое сердцебиенье.

За здравие все свечи догорят

И вспять пойдет обузданное время.

Я раздарю сокровища свои,

По янтарю растрачу эту осень…

16 ноября 1989

* * *

Мой! – К неприручимому волчонку.

Брат! – К неисцелимому сиротству.

Отведешь мальчишескую челку,

Улыбнешься с чувством превосходства.

В тьму слепую, как ночная птица,

Выбирая время и пространство,

Отлетишь: чтоб быть или разбиться

В черном тупике безумных странствий.

О, как дразнит за окном тревога

И зовет горластый, дерзкий ветер!

Оттого-то легкою дорога

Видится в разбавленном рассвете.

На ветру остывшими губами

Не скажу – помедли на пороге!

Занесет прощальными снегами

Самые глубокие берлоги.

Ночью – твоему огню во славу

Огонек моей свечи знобящей.

Неумело – помолюсь за главы

Всей твоей судьбы, мой брат пропащий.

16 ноября 1989

* * *

Свет погас в бедном доме моем,

Слабо дышат неровные свечи,

Затихает полночный содом

В талых звуках отравленной речи.

Чьи-то души сгорают в огне:

Капли воска, как слезы на пальцах,

И мороз на знобящем окне

Чертит путь одиноких скитальцев.

Кто пойдет этим странникам вслед,

Чудакам, дуракам, недотепам?

Кто сменяет счастливый билет

На хожденье по гибельным тропам?

Только птицы и братья-ветра,

И колючие, мерзлые звезды,

Позабытый Владимирский тракт

С сухомяткой загубленной прозы.

Я не знаю имен и молитв –

За кого да и как мне молиться?

Это пламя так страшно горит

Или бьется в агонии птица?

Но забуду от дома ключи

И пойду по неверному следу

За бродягой, в оплывшей ночи

Уходящим к великому свету.

4 декабря 1989

* * *

Растормошили тишину

На смуглый смех и шепот вязкий,

Всю кровь испортили вину

Водой зеленой древней сказки.

Качались пряные слова,

Как водоросль в пруду округлом,

Твои запекшиеся губы

Вдруг замирали, как плотва.