Калейдоскоп

А Такла-Макан отослала подарки женам и дочерям старейшин и знаменитых витязей, дабы показать своё уважение к гостеприимным жителям долины. Провожая купцов в путь, уйгуры желали им удачи.

На привалах караван погружался в спасительный сон кроме охраны и Такла-Макан. Её страстные мечты были сладостней сновидений. В ночной тиши предавалась она воспоминаниям и видела перед собой Лобнора. Как великолепен он, скачущий на своём быстром коне! Как стремительно обгоняет витязей, оставляя их далеко позади, и попадает на ходу в глаз мчащейся косули! Как ловок и силен во время схватки воинов! А как он статен и красив! "Ах, как было бы замечательно, – думает Такла-Макан, – ласкать его могущий стан, ощутить объятья сильных рук, приникнуть к его сладким устам.

О, желанный!", – и довольная улыбка делает ещё прекрасней её лицо. Она не сомневается, всё это исполнится наяву, потому что… "Я так хочу, – говорит она себе, – и так будет, так как не может быть иначе, ведь я не робкая куропатка Тарим, а владычица стихий Такла-Макан!". Юная колдунья уже познала силу своей красоты, перед которой в обожании склонилось немало мужчин. Но теперь, не знающая ни в чём отказа она натолкнулась на преграду, и в ней соединились: азарт борца, любовное влечение и стремление обладать предметом страсти. И не бывало, чтобы она отказывалась от желаемого.

Но вслед за милым образом славного воина всплывало в памяти кроткое лицо Тарим, благодарившей её за подарки и любопытные глаза малютки Кончедарьи. От трогательного вида ребёнка не таяло сердце Такла-Макан, потому что та хоть и дочь Лобнора, но от другой! "Да, Тарим сейчас рядом с ним"! – и удушливой волной приливала ревность, принося с собой ненависть к его жене, а заодно и к дочери.

Так оставшийся и обратный путь Такла-Макан изнывала то от сладостных мечтаний, то от разъедающей душу ревности и ненависти.

Караван благополучно добрался до двора императора. В его конюшни перебрались красивые и быстрые уйгурские скакуны.

Тем временем пока купцы выгодно сбывали свои и приобретали новые товары, Такла-Макан с помощью подкупа и магических чар проникла во дворец, и предстала перед очами императора.

– Властелин Поднебесной, я слышала, ты жаждешь покорить уйгуров. Я видела их край. Он достоин присоединиться к твоим владениям. Я могу помочь осуществить твоё желание, – непроницаемы как ночь были глаза Такла-Макан и холодна её краса.

Императору не понравилось, что чужеземка лезет в его дела.