Противоположности

– Может, поможешь мне? – фыркнул Нэйтен, поднимаясь на ноги.

– У меня руки заняты.

– И чем же?

– Вот, – она выставила демонстративно средние пальцы на обеих руках. – Упс, как неловко, видимо, тебе придётся самому, – она поджала губки, как дитя, «я же нечаянно».

Пряди волос Николь блеснули в свете луны, демонстрируя спину, покидающую крышу.

– Стерва! – прокричал он ей вслед, но тут же рассмеялся. Почувствовал себя обезумевшим. Николь Тёрнер как контраст чувств и эмоций для него.

Для каждого существует своя особенная стерва. Пускай она пока этого не понимала.

Николь Тёрнер – личный демон, который спасал, дарил надежду, открывал смысл, но, дав ощутить все дары, топтал безжалостно сердце.

Глава 6

«Почему ты выбрала такую жизнь?»

Подобный вопрос, когда-то заданный почти два года назад Нэйтеном, крутился в голове, как заезженная пластинка, на который она до сих пор не могла дать ответ. Как когда-то она просто ушла от парня, так до сих пор продолжала уходить, но при этом и от самой себя.

Наверно, единственный вопрос, который так и останется без ответа, но будет продолжать прожигать память, как след от клейма. Николь проклинаеласебя и свои мысли в очередной раз, вспомнив Нэта. Картер не появлялся в институте уже неделю, и именно там, где должно быть равнодушие с примесью безразличия, она непроизвольно осматривала прохожих, пытаясь уловить знакомые приметы, того, кого не хотела видеть. Да, это странно. Слишком контрастные чувства до бешенства в сердце.

Уставшие глаза девушки прикрылись, пропуская происходящее мимо, как привыкла это делать, но сейчас это совершено неосознанно. Очередной приступ зевоты заглушился в ладонь, и рука опустилась на поверхность стола в столовой учебного заведения, к пластиковому стаканчику, чуть касаясь кончиками пальцев, ощущая горячую жидкость, и она тяжело вздохнула.

– Ну и? – прозвучал вопрос, и руки с тонкими запястьями опустились на тот же стол, только напротив неё, пока Мэй не спешила присесть на стул.

– Что «ну и»? – Тёрнер приподняла глаза, встречаясь со взглядом подруги, чьё лукавство отражалось, кажется, на всей ней, ведь даже сейчас она переминалась с ноги на ногу, пытаясь подавить явное любопытство.

– Ой, не прикидывайся бедной овечкой, всё ты понимаешь, – девушка с короткой стрижкой бросила сумку на соседний стул, а сама присела напротив Ники.