Противоположности

Возможно, двуличностью обладала не только Николь Тёрнер. В каждом человеке жило два «я», и какое одержит верх, не знал даже сам человек, но каждый точно будет искать, в каком выгодном свете ему выступать. Все мы лживы. Ангелов не существовало. А заповеди нарушались.

– Могу и я хоть иногда расслабиться? – Николь почему-то показалось, что этот вопрос она больше задала себе и немного в другом амплуа.

– О-о-о, ну раз пошла такая пьянка, пошли сегодня со мной в клуб, оторвёмся, – Мэй Хэйз играла бровями, явно зазывая.

Николь вздохнула, посмотрев на кроны деревьев. Через листву пытались пробиваться лучики света, и им это удавалось при помощи лёгкого ветерка, но и тут же скрывались, стоило листве вернуться в своё прежнее положение, словно заигрывая с девушкой. Последнее время погода баловала людей, а они только отсиживались по домам, не ценя доброту природы. Всё возвращается, и всё вернётся ей с двойной отдачей.

– Хорошо, – просто ответила Ники, без всяких осмыслений, хватит с неё на сегодня.

Глаза Мэй расширились от нескрываемого удивления, но потом ей тут же хотелось хохотнуть:

– Кто ты и что ты сделала с моей подругой?

* * *

Яркая вывеска клуба «Night Lotus» однозначно привлекала внимание. Это вам не дешёвые забегаловки, а вполне приличный клуб. Мэй Хэйз стояла перед входом, дожидаясь подругу. Её короткие волосы были завиты в лёгкие локоны, придавая лицу ещё более миловидное выражение с округлыми щёчками. Веки, подведённые тёмным карандашом, зрительно увеличивали взгляд, а пухлые губки не ярко выделены подчёркнутые бежевым оттенком помады.

Она не стала наряжаться в вычурные платья, но её короткое однотонное чёрное платье и так выгодно подчёркивало худенькое тело, а невысокий рост компенсирован высоким устойчивым каблуком. Она стояла, чуть поёживаясь от ночной прохлады, и смотрела на часы.

– Меня ждёшь? – прозвучал со спины над ухом мягкий голос, и девушка развернулась, чуть ахнув.

Впервые подруга видела Николь Тёрнер в подобной одежде и образе в целом.

Постоянно собранные длинные волосы в хвост распущены и доходили до талии. Стальной оттенок платья подчёркивал смуглый оттенок кожи. Хоть платье закрыто, но те изгибы, что оно очерчивало, свернут башку не одному мужчине, а проводив её взглядом, пустят слюну, приметив открытую спину девушки с чёткой линией позвоночника. И без того стройные ноги казались длиннее за счёт лодочек на тонкой шпильке.