Алиа. Прошлое из будущего в настоящем

При закипании по комнате распространяется волшебный аромат.

Мама сказала бы, что для Бэна сейчас необходим наваристый куриный бульон. Но он никогда в моем присутствии не покупал и не заказывал мясных блюд. Лишь у меня дома он всегда ел все, что приготовила мама, в том числе мясо и рыбу.

Кстати, о маме. На телефоне несколько сообщений: от мамы, Эммы и Яна. Я открываю лишь мамино сообщение: «Девочка, у тебя все в порядке? Когда будешь дома?» – «У меня все в порядке, ма. Эбенэр не здоров. Я пока останусь у него.

Не волнуйся».

Моя вареная греча готова. Я наполняю большую пиалу. Вооружившись суповой ложкой, забираюсь на высокий стул возле барной стойки и чувствую себя на празднике жизни.

Волшебная розетка заряжена

Просыпаясь, чувствую спокойное блаженство. Мои глаза еще закрыты. Я осознаю себя на большом диване в лофте любимого. Я одна. Одна на поверхности рельефной синей ткани. Но чувствую, знаю, что он рядом. В комнате совершенно тихо. Каждая из моих клеток чувствует себя особенно, как раньше.

Чувствует себя в невидимом контакте с волшебной розеткой. В улыбку растягивающиеся губы сопровождают мою мысль, что розетка заряжена, а значит, Эбенэр снова здоров или по крайней мере ему намного лучше. Он снова здесь. Почему? И что это значит для меня?

Не открывая глаз, ощущаю движение воздуха рядом. Я улыбаюсь еще шире.

– Как ты? – спрашивают хриплым тихим голосом мои губы.

Никакой реакции. Ни звука, ни движения воздуха.

В ничтожную долю секунды в моем мозгу возникает ужас, по телу пробегает волна адреналина. Я распахиваю глаза.

Напротив меня, на уровне моего лица, оперевшись подбородком на лежащие на диване, сложенные одна на другую ладони, он – мой греческий Бог. Волосы влажные после душа, аккуратно уложенные расческой. Губы расслабленно приоткрыты. Сталь огромных глаз кажется интенсивнее, чем раньше. Под глазами синие тени, и само лицо стало как будто меньше. Большие серые глаза смыкаются с моими, я чувствую себя зачарованным кроликом перед великолепным питоном.

Я противлюсь этому глубокому погружению, поднимаю руку и протягиваю ее к его щеке. Этот жест рвет какую-то сдерживающую нить. Через секунду все так же безмолвно Эбенэр держит меня в объятьях. Его лицо зарывается в моих волосах, губы двигаются вдоль линии шеи, он жадно вдыхает мой, вряд ли очень свежий, запах. Мои руки, рот, все тело тоже ищут желанного прикосновения.