Битва стрелка Шарпа. Рота стрелка Шарпа

Многие из них, заявил дезертир, бежали от британского рабства, и они не для того поступали на службу к королю Испании, чтобы возвратиться к тирании короля Георга.

Лу перебил дезертира:

– Когда вы бежали?

– Вчера вечером, сэр. Нас с полдюжины улизнуло. И еще многие предыдущей ночью.

– В форте есть англичанин, командир стрелков. Ты знаешь его?

Гроган нахмурился, как будто вопрос показался ему странным, но кивнул:

– Капитан Шарп, сэр. Он вроде как должен нас обучать.

– Обучать чему?

– Военному делу, сэр, – ответил Гроган.

Этот одноглазый, говоривший с ним столь спокойно француз пугал его. – Но мы и так умеем воевать, – добавил он вызывающе.

– Уверен, что умеете, – сочувственно произнес Лу и, поковырявшись в зубах, выплюнул самодельную зубочистку. – Значит, ты убежал, солдат, потому что не хочешь служить королю Георгу, так?

– Да, сэр.

– Но за его величество императора ты, конечно же, сражаться будешь?

Гроган заколебался.

– Буду, сэр, – сказал он наконец, но без убежденности.

– Поэтому ты дезертировал? Чтобы драться за императора? Или надеялся возвратиться в уютную казарму в Эскориале?

Гроган пожал плечами:

– Мы шли к ней домой, сэр, в Мадрид. – Он кивнул на жену. – Ее отец сапожник, и я сам неплохо управляюсь с иглой и дратвой. Подумывал обучиться ремеслу.

– Иметь ремесло – дело хорошее, – проговорил Лу с улыбкой и, вынув из-за пояса пистолет, поиграл с ним немного, прежде чем взвести курок. – Мое ремесло – убивать, – добавил он все тем же любезным тоном и, не выказывая ни намека на эмоции, прицелился Грогану в лоб и нажал на спуск.

Кровь мужа брызнула в лицо женщине, и та вскрикнула. Грогана отбросило назад, кровь разлетелась в воздухе красным туманом. Потом тело покатилось вниз по склону холма.

– На самом деле он вовсе не хотел воевать за нас, – сказал Лу. – Был бы только лишний рот.

– А женщина, месье? – спросил Бродель.

Женщина уже склонилась над мертвым мужем и кричала на французов.

– Она твоя, Поль, – ответил Лу.

 – Но только после того, как доставишь сообщение госпоже Хуаните де Элиа. Передай мадам мое глубочайшее почтение и скажи, что ее игрушечные ирландские солдатики прибыли и расположились совсем близко к нам и что завтра утром мы развлечем их небольшой драмой. Скажи ей также, что она поступит правильно, если проведет ночь с нами.

Бродель ухмыльнулся:

– Она будет довольна, месье.

– Больше, чем твоя женщина, – сказал Лу, глядя на плачущую испанку.