Король зимы

Одетые так же, как и всадники Гундлеуса, конники несли щиты с драконом, знаком Мордреда.

Мы побежали им навстречу.

– Пятьдесят копий, – пробормотал Гвилиддин. Он пересчитывал наших спасителей. – Слишком мало.

Гундлеус решил отрезать нам путь к отступлению. Раз уж его враги собрались в одном месте, он намеревался уничтожить всех разом. Числом его отряд превосходил думнонийцев, но, спустившись вниз с холма и отдалившись от крепости, они лишились единственного своего преимущества.

Конники Думнонии с грохотом пронеслись мимо нас.

Это были не легендарные всадники Артура, которые на скаку могли срубать крыши с домов, а всего лишь легкая кавалерия вооруженных разведчиков. Но они все же образовали защитную стену между нами и силурскими копьеносцами. Мы увидели, что командует спасительным отрядом сам Овейн, могучий Овейн, лучший воин короля и величайший борец всей Британии. Мы были уверены, что Овейн сейчас далеко на севере, сражается бок о бок с мужчинами Гвента в горах Повиса, и вот он тут, в Кар-Кадарне!

До сумерек оставалось еще часа два и не менее четырех часов – до полной тьмы.

Солнце светило достаточно ярко, и это давало Гундлеусу возможность закончить резню засветло. Но сначала он попытался убедить нас не силой, а словом. Блистающий и роскошный, он выехал вперед с перевернутым в знак мира щитом.

– Люди Думнонии, – прокричал он, – отдайте мне ребенка, и я уйду!

Никто не ответил. Овейн был скрыт щитами своих воинов, и потому Гундлеус не видел его. Он обращался ко всем нам.

– Это искалеченный ребенок! – выкрикнул король Силурии. – Проклятый богами. Неужто вы надеетесь, что удача посетит страну, которой правит король-урод? Вы хотите, чтобы саксы стали хозяевами этой земли? Что еще может принести увечный король, кроме несчастий и горя?

И снова никто не ответил, хотя, Бог свидетель, в наших рядах было немало людей, которые опасались, что Гундлеус говорит правду.

Гундлеус снял шлем и снисходительно заулыбался.

– Вы можете сохранить себе жизнь, – пообещал он, – если отдадите мне ребенка.

 – Он ждал ответа, которого не последовало. – Кто командует вами? – наконец спросил он.

– Я! – Овейн протиснулся сквозь ряды воинов, чтобы занять свое настоящее место перед линией щитов.

– Овейн. – Гундлеус узнал силача, и я увидел искорку страха в его глазах. – Лорд Овейн, – поправился Гундлеус, назвав надлежащий титул, – сын Эйлинона и внук Кулваса, я приветствую тебя! – Король поднял к солнцу острие копья.