Вознесение

Если Анюта кличет Аврория дедом, она-то кто ему? Подумай-ка!

ИАКОВ (неуверенно). Наверно, это… внука.

БОДИ-БОГ. А говорил: метресса…

ИАКОВ (кривится недовольно). Много людья в Тьмутаракани! Кто знает всех в лицо? Может, и внука, я не ханжа, я свечку не держал. Мне это, по большому счёту, пофиг.

МАТФЕЙ. Какая скверность! Тьфу!

БОДИ-БОГ. (Иакову). Всё изложил?

ИАКОВ (нерешительно). А как бы да…

БОДИ-БОГ. Спасибо, поразвлёк. Так признаёшь вину?

ИАКОВ (горестно). Отец, ну, разумеется!

БОДИ-БОГ.

И в чём она?

ИАКОВ. Я мог бы выкинуть в окно секатор. Но пожалел: вещь ценная, фирмовая, кошерная…

БОДИ-БОГ. А старика Звездарина не жаль?

ИАКОВ (равнодушно). Дак Загогулин всё равно бы выкусил ему семенники. Больше бы вышло крови.

Явление 12

БОДИ-БОГ (задумчиво). Ещё у прокурора что-то будет?

ЛЮЦИФЕР. Заканчиваю, Ваша честь! (Иакову, не отрывая глаз от бумаг.)

Подсудимый, ответьте без дезухи и порнухи, как опустились вы до тех злодейств, которые вам здесь вменяют? Имеется в виду предательство народа и державы.

Был же у вас, наверно, бог и всякое такое?

ИАКОВ (с достоинством). Не опустился, прокурор, а возведён на Небеса, и, как вы, наверное, заметили, стою перед лицом Всевышнего! (Кланяется Боди-Богу в пояс.) Спросите лучше, как я поднялся до Эмпирея? Ав owo, Господи, начну, как говорили древние, с яйца… Я по натуре примитив, по-вашему, вегетатив. (Пожимает плечами.) Но был всегда мой эталон – бизнюк-рационал! (Трёт ладонью лоб, вспоминая.

). С товарами гонял я караваны по Гоби, Каракумам и Сахарам… Но было муторно, гумозно трястись на бактриане месяцами Великим шёлковым путем кизячным. Тропа кизячная, пески зыбучие и ужас наводящая игра фата-морганы. А выгода, увы, мала…

БОДИ-БОГ. И ты об этом помятуешь?

ИАКОВ. Прошлое помню вообще прекрасно. Сегодняшнее вижу, как бы во сне… Так у меня голова застрогана.

МАТФЕЙ. Врёт, как очевидец!

(Боди-Бог морщится.)

ИАКОВ (укоризненно взглянув на Матфея).

Не по душе мне было и морями бичевать, мартышкою висеть на стеньгах. Всё это – макес-цорес и отстой. Так маялся, пока не озарило: товар первейший – сами деньги!!! История полна воителей, брутальных укротителей народных, с бурачной мордой и могучей пястью. Моё же верное оружие, я скоро понял, не меч и не копье, не пролетарская булыга и не крестьянская рогатина. Мои лупара и макаров, штык и приклад – бизнес-анализ и гроссбух с двойною записью.