Париж меня не видит

Они давили своей мощью безысходности. Они заставляли её кричать и плакать. Они кидали её в бездну, но не давали упасть, напоминая, что в конце следующей недели придут снова. Убежать от них было невозможно. Спрятаться тоже.

В субботу, по вечерам, она часто уезжала на машине и каталась по городу всю ночь, чтобы всё воскресенье проспать. А когда рулить никуда не хотелось, она пила снотворное и просыпала их. Когда её мучила сильная бессонница, и ей не хотелось больше пить таблетки, она молча лежала в кровати всю ночь и рыдала при включённом телевизоре.

Все попытки читать книги в такие моменты ни к чему не приводили – дальше начальных страниц чтение не шло. Иногда Яна набирала фильмы в кинопрокате, покупала бутылку вина и сидела, плакала, поверхностно смотря их. Она никого не хотела видеть, слышать или разговаривать. Общение вне работы для неё стало невыносимым, безвкусным, неинтересным. Ей больше нечего было впитывать в себя, поэтому она на подсознательном уровне отстранялась от всех.

Яна понимала, что подруги любят её, беспокоятся о ней, но их присутствие раздражало её. Она сама этого противилась, но ничего поделать не могла. Вчерашняя встреча стала крайне редким исключением. Сейчас, лёжа в постели и глядя в потолок, Яна думала об этом. Как так получилось, что она пошла на контакт? Может, что-то произошло у неё в душе?? Может, какой-то этап её депрессии миновал? Внутри что-то очень жаждало согласиться с этим, но вместе с тем и опасалось того, что это может быть вре?менным самообманом.

Внутреннее опустошение, которое грозилось перерасти во всеобщую засуху, могло, наконец, и сдаться.

Воскресное утро не было добрым. Вчера, проводив подруг в первом часу ночи и оказавшись в кровати, Яна долго терзалась уже знакомыми мыслями о пустом будущем в одиночестве. Опять её посетила мысль, что всё это можно прервать…

Сегодня же, кое-как проспав до обеда и пролежав в кровати ещё полчаса, она впервые за долгое время решила прогуляться по району и зайти в местный кинотеатр.

Уже дома, умывшись и приведя себя в хмурый порядок, Яна подумала, что неплохо было бы что-нибудь поесть. Такого давно не было. Раньше она ела только тогда, когда организм ставил её перед выбором – либо еда, либо голодный обморок.

Придя на кухню и открыв холодильник, она раздосадовалась: пара йогуртов и недопитая бутылка вина, которая находилась тут, видимо, ещё с прошлых выходных.