Охотовед

Вода пахнет камышами, рыбой и… весной. Леша убирает от глаз бинокль, не веря своим глазам. Прямо перед ним шумно села на воду стайка гоголей. Пеструю окраску этих уток, гнездящихся почему-то в дуплах, не спутать ни с чем. Леша присел в лодке, несколько раз аккуратно провел веслами в воде так, что лодка медленно поплыла к гоголям. Переполз на нос лодки и достал из футляра фотоаппарат. Только за сегодняшний вечер он нащелкал уже почти все тридцать шесть кадров. Кроншнепы, гаршнепы, улиты, казарки, белолобые гуси, дупеля – редкие для этих мест птицы, можно сказать пролетные, уместились на одной фотопленке.

А на реке Леша с самого рассвета. Два раза только выходил на сушу: перекусить у костра, да просушить промокший плащ, случайно упавший в воду. Сейчас он уже возвращался домой. На берегу у причала лодок стоит его трактор, который он уже явно различает в наступающих сумерках. Тепло. Скоро язь пойдет на нерест, и наступит первый этап нереста местного леща. А там придет пора метать икру и головлям, ельцам, носарям и судакам. А еще чуть позже, к первому мая, и плотве очередь подойдет.

Свет фар у трактора мелькнул и потух – кто-то приехал на берег. Леша глянул в бинокль. На «козлике» приехали Дрот, Свист и Ермила. Они, достав бинокль, поискали что-то на воде и, заметив Лешу, помахали ему руками.

– Друзья, блин, – буркнул Леша, глядя на них в бинокль.

Вскоре на берегу засветился костерок. Леша подплыл к берегу уже в плотных сумерках.

Примкнул лодку к врытой в земле кем-то давно тяжелой и толстой цепи, собрал рюкзак, закинув ружье на плечо, пошел к трактору.

– Лешка! Фомин! – послышалось от костра, – ходи к нам! По соточке тяпнем, дружбан!

– Тамбовский волк вам дружбан, – огрызнулся Леша, запрыгнул в трактор, завел его, включив свет фар, подъехал к костру и остановился, осветив светом машину.

Спрыгнув из трактора, подошел к машине и к изумлению сидящих у костра хозяев авто, открыв заднюю дверцу, заглянул внутрь.

– Э-э-эй, ошалевший! Че шмонаешь, мент?! – заорал Свист.

– Малой, отойди от личной собственности, пока руки не переломали! – вскочил Дрот.

Леша демонстративно медленно закрыл дверцу и открыл переднюю. Пошарил под сиденьем. Мужики у костра вскочили, а Леша, заглянув под машину, отошел к ближайшему кусту, пошарил там, что-то пытаясь, вроде, найти.

– Шаришь все, ищешь, – злорадно зашипел Дрот.